В классической картине Стэнли Кубрика "Заводной апельсин" садиста и извращенца Алекса лечили в больнице с помощью киносеансов. Его заставляли под бетховенскую музыку смотреть на нацистские зверства. Так у юноши вырабатывалось стойкое отвращение к жестокости, а заодно и к музыке. Второй фильм талантливого независимого режиссера Дэррена Аранофски "Реквием по мечте" (Requiem For A Dream) вполне может сгодиться для лечения начинающих, еще наивных наркоманов и перевоспитания драгдилеров. Побочным эффектом будет непереносимость музыки "Кронос квартета".

     

     Название настраивает на мрачный лад - готовьтесь к худшему, вас ждут полуторачасовые похороны.

     

     Наркотическая идиллия, мечта о новых психических возможностях, о расширении сознания, да просто о кайфе умерла. Послушайте реквием в исполнении Кроноса. Сюжет незамысловат. Часть первая, Лето. Два молодых торчка устали перебиваться и решили заработать, а заодно обеспечить себя порошком на всю жизнь - они стали разбавлять дозы и перепродавать их на улице. Гарри (Джейред Лето) это нужно, чтобы вместе с подружкой открыть магазинчик. Тайрону (Марлон Уэйанс) просто прикольно иметь крутые бабки. У Гарри есть мамочка по имени Сара Голдфарб (Эллин Берстин), которую сынок, прежде чем стать дилером, обирал. У мамочки есть свой наркотик - телевизор. Она мечтает попасть в шоу для желающих похудеть. И вот звонок - ее приглашают на студию в массовку. Счастье. Пожилой женщине хочется появиться на экране в своем любимом красном платье. Однако влезть в него не удается, растолстела. Появляется новая маниакальная идея - сбросить 15 кило. Голодать нет сил. Доктор прописывает какие-то таблетки. Оказалось, что это стимуляторы. Часть вторая, Осень. Тем временем сын и его друзья, успешно копившие деньжата и ширявшиеся в свое удовольствие, оказались на мели. Начитаются проблемы. Мать Гарри привыкла к таблеткам, и они перестали действовать, вместо эйфории пришла тоска. Старушка увеличила дозу. Торкнуло. Начались галлюцинации, сперва радужные, потом кошмарные. Часть третья, Зима. Сезонная логика предполагает, что в этой части героев ждет самое худшее. Денег нет, у всех адская ломка. Парни попали в тюрьму, девушка - на панель, госпожа Голдфарб - в лечебницу. Все они мечтали о лучшем будущем, надеялись, что наркотики приведут их к нему. Получили - настоящий ад. После успеха "Пи", первого фильма Аранофски, его заметили в Голливуде. Не самые крутые мэйджоры, но студия "Артизан", специализирующаяся на рискованных экспериментах.

     

     Суть работы этой фирмы - адаптация киноманских изысков для массового потребителя.

     Аранофски сохранил за собой возможность вытворять с изображением все что угодно, но зато выступил в роли педагога, агитатора против наркотиков. Впрочем, не самого банального. Если сюжет до жути обыкновенен, то его экранное воплощение многих заставит содрогнуться. Помнится, в свое время эпизод с перевоспитанием кубриковского Алекса считался скандально жестоким. Прошли годы, и публику шокировала ломка, продемонстрированная в "Трейнспотинге". Аранофски отдал чудовищным мучениям героев чуть ли не треть фильма. Еще в "Пи" режиссер научился заставлять зрителей испытать адскую мигрень вместе с героем. Теперь он хочет, чтобы вас выворачивало вместе с наркоманами. Картинка "Реквиема" физиологически непереносима. Кадр дрожит c какой-то нечеловеческой частотой, искажается неестественными цветами, чудовищно дискомфортной оптикой. Монтаж одних и тех же коротких действий - шприц, наркотик в вене, расширяющийся зрачок или банка, ладонь, таблетки в рот, пульт телевизора - навязчиво повторяется десятки раз. Режиссер хочет довести вас до головокружения, до тошноты. Ему мало просто объяснить, что колоться - это плохо, что счастье в этом деле эфемерно. Это мало кого убедит. А потому он просто потрошит ваш мозг.

     

     Если легенда про 25-й кадр, действующий на подсознание, правда, то Аранофски наверняка им пользуется.

     

     Причем он пугает не только химическими препаратами. Еще страшнее угроза массового психоза, телешоу, может быть, хуже героина. Самые душераздирающие сцены именно про это. Наглотавшуюся таблеток мать Гарри посещают такие кошмарные телефантасмагории, что домохозяйкам, невзначай попавшим на киносеанс, наверняка захочется повыкидывать все телеящики по возвращении домой. Аранофски не ограничивается только глюками и непереносимыми ломками, он предельно натуралистично показывает зверские методы лечения. Больше всех досталось Саре Голдфарб (Эллин Берстин за муки получила номинацию на "Оскар"). Визуальное мастерство, всевозможные технические трюки, искусно использованные фильтры, специальные камеры, особая оптика - все это стихия Аранофски, в ней он виртуоз. Однако за каскадом жутких фокусов почему-то человеческая трагедия теряется. Слишком уж режиссер эстетизировал кошмар. И хотя это очень черная эстетика, но все же чересчур красива. А между тем задача зрителя, видимо, не любоваться, а содрогаться. Да и не к лицу как-то умному и одаренному режиссеру (опять же смотрите "Пи", который можно найти на видео) выступать в роли примитивного, пусть и незаурядного агитатора. Напрасно, например, Аранофски не сосредоточился на том, что на самом-то деле ему нечего предложить своим несчастным героям вместо искусственных стимуляторов. Жизнь их слишком пуста, и перспектив никаких не видно. Просто вялотекущий бытовой ад они променяли на быстрое и болезненное падение. В московском прокате возникла ситуация весьма курьезная. Наркотическая тема разработана прямо до мелочей. Аж четыре фильма об этом. Кроме "Реквиема", "Таффик", "В отрыв!", "Где моя тачка, чувак?". Одни яростно агитируют против наркотиков ("Реквием" и "Траффик"), другие почти что пропагандируют или, во всяком случае, очень легкомысленно к этому относятся ("В отрыв!", "Где моя тачка, чувак?"). В головах юных зрителей, должно быть, царит полный хаос. Выход на будущей неделе очередной марихуановой комедии "Спасите Гэйс", видимо, следует сопроводить разъяснительной лекцией. Что-нибудь типа: "Наркотики: угрозы и преувеличения". "Реквием по мечте" дают в кинотеатрах "Горизонт", "Стрела", "Мечта", "Витязь", "Тбилиси".