Посвящается Галине Яковлевне, врачу-психотерапевту

     

     Объявление:

     "Все герои этой повести, кроме самого главного, выдуманы. Всякое сходство с людьми в PRIME реальности является случайным. Лица, случайным образом оказавшиеся похожими на героев повести, привлекаются к штрафу в $6.99 в пользу автора."

     

     

     "Странно, я начал думать о том, что схожу с ума, ещё несколько лет назад. Теперь я чувствую, что я схожу с ума всё больше и больше. По логике вещей, скоро у меня будет непрекращающийся делирий или онейроид. Хотя какая тут логика? Вот возьмём, к примеру..." Последнюю фразу я недописал, точнее, недобрал. Курсор на зелёном экране мигал пару минут, а я всё смотрел на него и никак не мог придумать, что же мне всё-таки написать после слов "Вот возьмём, к примеру". В конце концов мне это надоело и я поставил после слов "Вот возьмём, к примеру" многоточие. После чего закрыл документ и выключил компьютер. Время от времени меня совсем задалбывает писать свой дневник и я забрасываю его на недели и месяцы. Если учесть, что последние два года я веду его в электронном виде, а мой компьютер страшно глючит и вообще он меня раздражает, то неудивительно, что мне не сильно нравиться такое занятие.

     

     Я иду по улице в своём странном сером пальто. Вся его прелесть в том, что в нём я чувствую себя Родионом Раскольниковым, идущим на убийство старушки. У моих друзей совсем другие ассоциации по поводу моего пальто и моей мешковатой черной шапки. Например, позавчера мне сказали, что в нём я похож на зимнего Эдинбургского джанки, "проходящего" по метадоновой программе.

     Странный и неисправимый лирик, вместо того, чтобы проехать одну станцию метро, затем перейти на другую ветку и там выйти, я иду пешком. Пробираюсь через добрую половину Крещатика, обходя стороной Дедов морозов, Тигров, Пингвинов, Микки-Маусов, а самое главное - Телепузиков, этих злобных монстров телеиндустрии, которые придуманы Тэдом Тёрнером, объевшимся галлюциногенов, и которые действуют на сознание детей при помощи PR-технологий и магии египетских пирамид. Я не могу обойти стороной старого доброго Альфа, потому-что я пил с ним пиво на рождество и это было прямо тут. Мы с ним мило болтаем о всякой всячине, одновременно оборачиваемся на благой мат шумной толпы детей, от которых за километр разит клеем "Момент". К Альфу подходит целое семейство, желающее сфотографироваться с ним. Я тут же ухожу, пользуясь моментом, делать мне тут больше нечего, в другом месте меня ждут. Я делаю большой крюк мимо Михайловского Золотоверхого Собора, окрашенного в сине-голубой и золотой - цвета украинского флага и психоделической революции.

     Как ни странно, она не опоздала. А я опоздал на 5 минут. На мой взгляд, это даже не опоздание и поэтому извиняться мне нечего. Тем более, это не моя девушка... Мы сидим в "фаст-фуде", выдержанном в сине-фиолетовых тонах и неизменно продуцирующим "флэш-бэки" у многих из моих "продвинутых" приятелей и у меня самого.

     Маленькая фигурка, плюшевый медвеженок в вашем сердце. Она сидит в чёрных очках, красном свитере и в белом в чёрную крапинку пальто в стиле, похожем на далматинца. Девушка, внешним видом и повадками похожая на капризного ребёнка. В этом её главная проблема: все её мужчины воспринимают Вику исключительно как взрослого ребёнка и с удивлением узнают о том, что у неё оказывается есть собственное мнение и вообще она хочет всё делать по-своему.

     - Привет тысячепервому далматинцу, - радостно возвещаю я.

     Она смотрит на меня совершенно непонимающим взглядом. Я улыбаюсь и спрашиваю:

     - Что ты будешь?

     Кофе со сливками и пончики.

     - Прям как Агент Купер. Кстати, кто платит?

     - У меня почти ничего нет.

     - Окей оби. Плачу я.

     Агент Купер, правда, предпочитал чёрный кофе. Мне же, в принципе, без разницы. С той лишь разницей, что натуральный всегда предпочтительнее, прошу простить за двойной каламбур.

     Какие у нас сегодня проблемы? Никто вас не понимает, мадам. Парни вас достают и вообще жизнь дерьмо. Девочка в депрессии. Бесплатный персональный утешитель облегчит вам душу и объяснит ситуацию.

     - Знаешь, я в таком состоянии после того, как поссорилась с Сашей...

     "Кто такой Саша, я его не знаю, в общем, неважно, кто он такой, если бы он был, ну, скажем, Петей, это не меняло бы картины", - такие совершенно циничные и совершенно неудивительные мысли проносятся в моей голове. Я затягиваюсь мини-сигарой с ментолом (неизбежная презрительная гримаса со стороны всех мужчин-никотинщиков) и запиваю затяжку глотком кофе со сливками. Эспрессо, фаст-фуды не для Агента Купера, натурального чёрного кофе здесь нет.

     - ...моя лучшая подруга позавчера уехала в Португалию...

     Я сочувствую, пару фраз - этого вполне достаточно, больше не стоит. Искренне сочувствующее лицо и понимание, - вполне хватит, чтобы снять напряжение, но ей, скорее всего, нужно не только это. "Два варианта:" - думаю я, "либо она сейчас достанет маленькую коробочку с волшебным порошком, либо она будет просить меня достать ей амфетамин или же что-нибудь другое". Если в этом месте кто-то сделает себе дорожку, то на это не вряд ли обратят внимание. В этот фаст-фуд захаживает столько разных джанки, что никого не удивляют надписи в туалете, наподобие наркоманско-вызывающего "Винт on-line" или наркотически-наивного "Shirk&be happy" или даже многозначительного психоделически-буддисткого "Mescaline in your dream" вкупе с мусорным ведром полным использованых машин с контролем и без. Справедливости ради нужно отметить что таких откровенно торчковых заведений в городе очень мало.

     Теперь разговор о её взаимоотнешении с окружающими. О понимании и непонимании. Вот она, суть страдания!

     - ..а теперь обьясни мне, почему никто не может понять этого. Они просто спрашивают: "чего тебе ещё не хватает?", и когда я говорю, что мне не хватает понимания, они делают круглые глаза.

     Я обьясняю. Доходчиво и понятно. После чего круглые глаза уже на её лице.

     - ну почему...

     Не могу же я сказать "по кочану", поэтому доходчиво объясняю разницу между людьми, которые могут понять другого человека и людьми, которые абсолютно не в состоянии этого сделать.

     - К сожалению, последних намного больше, - вздыхая подытоживаю я.

     Минута молчания. Молчания и пускания табачного дыма в никуда. Кофе в бумажном стаканчике подходит к концу. "Вот сейчас она это скажет, или попросит тех колёс с кодеином". Естественно, она не запомнила, что они с кодеином, она просто назовёт их: "эти прикольные таблетки". Но нет, она молчит. В тишине сразу обращают на себя внимание изменения в восприятии окружающего. В частности, мой мозг упорно отказываеться узнавать её, Этакое маленькое Жа Ме Вю, премешивающееся с Де Жа Вю. То есть, я могу сказать, "- это Вика", но восприятие при этом подаёт большое количество совершенно неузнаваемых видов этой девушки. Её изображение не является целым, а представляет собой длинную последовательность кадров, которую сознание, вследствие непонятного торможения отдельных участков коры головного мозга, отказываться полностью соединять воедино. Пространство вокруг тоже воспринимается неоднозначно: некторые предметы плоские, а некоторые трёхмерные. Самое интересное, что человеческий мозг обычно не работает с трёхмерными изображениями, а имеет дело с потоками двухмерных стробов, которые уже там, где-то внутри перерабатываются в трёхмерные...

     - Здесь нельзя курить! - возмущённым голосом сказал подошедший "секьюрити" в костюме с галстуком, и тем самым прервал мой экзистенциальный поток мыслеформ. У него был вид человека до крайней степени возмущённого творившимся "безобразием". Наверное, в его глазах мы были чуть ли не арабскими террористами.

     - Ах, да. Тут ведь даже нет пепельниц, -я совершенно не понимаю, почему я сказал именно про пепельницы, но, похоже, мои слова действуют обескураживающе. Мы тушим сигареты об мой бумажный стаканчик, с каплями недопитого кофе со сливками на дне. "Сексот" уходит, а мы заливаемся смехом. Прямо над нашим столиком приклеена надпись на трёх языках : "Не палити/Не курить/No smoking".

     - Ну мы с тобой и обнаглели. - она смеётся и трясёт от смеха головой.

     И в самом деле: быстрое питание и курение - вещи соверешенно несовместимые. Забыть про такое - это действительно полнейший отрыв. Но самое смешное, что дымили мы уже минут 10, и никто на это не обращал внимания, а для нас это было совершенно естественно (однако не совсем, обычно я ведь не курю табак). Нам ужасно весело. Назло бросающему убийственные взгляды охраннику мы остаёмся тут и заказываем себе ещё кофе. Я говорю:

     - Знаешь, когда тут кто-то разнюхивает дорожку, на это смотрят сквозь пальцы, а вот курить тут нельзя ни под каким видом. - сказал я, а она мило улыбнулась мне в ответ.

     Мы говорим о всякой чепухе. О наших общих знакомых, половину из которых я терплю только в силу воспитанного в моём раннем детстве истинно христианского милосердия, и треть которых она не может терпеть вообще. Об нашем общем институте, который мы оба не терпим. Ибо он являет собой совершенно тупое нацистко-совковое учреждение. О странностях этого мира, который мы оба пытаемся терпеть, потому что невозможно его оставить навсегда. Невозможно? Да, потому что умереть невозможно...

     Я всё ещё жду, как она начнёт просить меня достать драгу и повисеть вместе с ней. Достаточно неплохо я её знаю, хотя... женщины вообще существа непредсказуемые. Да и вообще предсказуемые люди до ужаса скучны и банальны.

     Неожиданно она говорит:

     - Знаешь, я себя очень странно чуствую в последнее время. Всё вокруг такое странное,нереальное, немного похожее на сон. И я какая-то совсем прикумаренная, словно... знаешь... под каким-то наркотиком...

     Я вздрагиваю, и по моей спине проходит холодок. "Oops, I did it again". Вот это да! И у кого, у неё! Тихим голосом, и вместе с тем совершенно провокационно, я заявляю:

     - Ты не сильно ошибаешься, это в самом деле тебе только снится.

     Её глаза стекленеют, она смотрит на меня безумным немигающим взглядом. Отблески страха, тревоги и ещё непонятно чего проносятся за одну секунду. Потом она говорит дрогнувшим голосом:

     - Не надо...

     Не надо, так не надо. Тут мне в голову приходит идея и я немедленно её высказываю:

     - Слушай, а ты на чём-то висишь, достаточно серьёзно?

     В ответ мне пересказывается марсианская хроника за последнюю неделю. Не особо злобно. Похоже, у неё нет такой сильной меланхолии, чтобы была необходимость (на её взгляд) усиленно закидываться всякой натуральной и ненатуральной химией. Или она уже осознала, что жизнь есть страдание, а всякие там Drugs не то чтобы сильно помогают от страданий избавиться, а зачастую наоборот.

     - Ты считаешь, что это может быть связано с ...? - конец её вопроса повис в воздухе. А я незамедлительно ответил:

     - Очень даже может быть, но в любом случае это не столь серьёзно, чтобы идти к психиатру. Называй это "расширением сознания". Если хочешь, потом я расскажу тебе, что это такое. Движение бровями, означающее "ОК" и она уже спрашивает меня:

     - А на чём ты висишь? (это извечное заблуждение моих знакомых, что я всё время должен чем-то закидываться).

     - На здоровом духе. Уже три месяца я ничего не употребляю. Хожу в тренажерный зал, играю в бадминтон и боксирую. Здоровый образ жизни, одним словом.

     - Вау! Я тебя поздравляю.

     - Было бы с чем поздравлять...

     

     Мы идём по "трубе", подземному тусовочному пространству. Клубы сигаретного дыма, протяжно поющие патлатые музыканты, подпевающие им подростки в рептильном экстазе. Подземный переход, коридор, полный изнывающих от безделья художников, араб, предлагающий написать ваше имя на зерне риса, пьяный клоун, пытающийся что-то втолковать активисту УНА-УНСО. Грязный оборваный бомж, разговаривающий по мобильному телефону, смеющиеся растаманы с разрисоваными голубым цветом барабанами. Она положила голову мне на плечо (для этого мне пришлось идти на чуть согнутых ногах), мы обнялись. Нас объединяло то, что мы оба видим один и тот же сон.

     Мы едем в расклееном рекламой поезде метро. Она расслабилась, я тоже, закрыл глаза и сконцентрировался на дыхании. Медитировать мне пришлось недолго, на следующей остановке я услышал резкий, неровный и до ужаса противный голос разнозчика газет. Я открыл глаза и посмотрел на него. "Гм, ну и жлоб" - сама собой появилась мысль. Действительно, впечатление он производил не ахти какое. На следующей остановке он, естественно, вышел. "Сейчас я, пожалуй, смогу расслабиться" - я подумал так, как будто не знаю киевского метро. Низкий человек в строгом чёрном костюме с библией в руках, оглядывающий пасажиров преисполненным религиозного пыла взгядом, не предвещал ничего хорошего (в плане моего душевного спокойствия). И действительно, как только двери вагона закрылись, он завопил:

     - Иисус любит вас! Впустите Иисуса в своё сердце...

     Все хором повернули головы в сторону проповедника. Сидящая рядом женщина бальзаковского возраста, читавшая свою книгу, подняла на проповедника свой взор, затем скептически улыбнувшись, продолжила своё чтение. Я заглянул ей в книгу. На левой странице вверху было написано "ИСТОЧНИК ВЕЧНОГО НАСЛАЖДЕНИЯ", на правой странице, вверху было написано "Освобождение Видйадхары и Шанкхасуры". На правой странице, кроме всего прочего, было написано:

     "После этого случая, одной чудесной ночью, Кришна и Его старший брат Баларама - оба непостижимые и могущественные, отправились в лес Врндавану. Их сопровождали девушки Враджабхуми, и они наслаждались обществом друг друга..."

     Улыбка появилась на моём лице, а на душе стало легко, хорошо и весело. Мои глаза поднялись к потолку и взор мой устремился к небесам. Уста мои пробормотали:

     - Великий Будда, ты видел это? Иисус любит меня, я знаю...

     

     Ночной мороз сменился дневной теплынью, сырой и склизкой. Ночное сноведение сменилось утренней полубредовой дремотиной. Солнце ярко засияло и бросило на меня свои лучи, а я открыл глаза и перевернулся на другой бок. Птицы обрадовались теплу и запели, дети обрадовались воскресенью и закричали благим матом, а я проснулся. Белый снег подтаял и вследствие этого местами поменял свой цвет. Я прснулся с тяжестью в голове от своего сна, во сне я местами поменял свою ориентацию. "Странный сон, записать его, что ли." Записывать было нечего, деталей я не помнил. Помнил только, что во сне я был женщиной и ещё помнил, что занимался во сне лесбийской любовью с другой женщиной. Причём саму лесбийскую любовь я помнил достаточно отчётливо. Собственно говоря, меня что-то разбудило как раз когда наступила кульминация этого лесбоса - кажется, меня разбудил детский крик. "Странно, что у меня не было поллюции во сне. Ну да! Какая поллюция, когда во сне я был женщиной?". Итак, я проснулся, с этого и начались утренние огорчения в доме, полном проснувшихся людей...

     

     Ой, как вас тут много! И все меня достают. Вампир в женском обличье дейтсвует мне на нервы. Я хочу мутировать во что-нибудь. Метаморфировать в странное существо, в большого монстра, являющего собою смесь головоногого, членистоногого и ещё чего-нибудь. Чтобы я мог плавать и летать, питался бы я исключительно депутатами, бандитами и вконец охреневшими арабскими радикалами. Стоп! Это уже классовый подход. Наверное, было бы неплохо питаться юными девственницами. Хотя нет, это тоже бред, ведь я же не дракон и не минотавр, в конце-то концов.

     Я пью кофе, принимаю контрастный душ и в очередной раз начинаю новую жизнь с новым днём. Собираю в свой рюкзак воду, спички, бутерброды и всё такое. Всё, достали! Ухожу в лес, благо он совсем рядом, практически под домом. На этот раз надолго.

     

     Зимний лес на заснеженных холмах. А почему так мокро внизу? Глобальное потепление? "Видала я такие холмы, по сравнению с которыми...". Ну, нет. Очень даже приличные холмы. Пока поднимешься, можно запыхаться. А можно не запыхаться. Было бы чем пыхать. Хать-хать-хать. Ха-ха-ха. Но я не раста, и вообще я уже три месяца как завязал. Мне просто весело и странно. И птицы поют, на первый взгляд такие весёлые и странные...

     Хотя у подножья холмов (гор, холмогор?) снег растаял и земля превратилась в мокрое скользкое месиво, сверху, в самом лесу ещё лежит снег и совсем не мокро. Солнце то греет лучами и слепит, отражаясь в белом снегу, то прячеться за разбросанными по всему небу облаками. Решаю пробежаться, снег ранее утоптаный, в самом низу подтаял и вследствии этого проваливаеться. Но не так сильно, и я всё-таки могу бежать, хотя и не так быстро как хотелось бы. Свежий ветер бьёт мне в лицо. Широкая тропинка петляет в дебрях. Она словно втоптана слонами Сальвадора Дали между двух стен леса. Я бегу, и вот вдали показывается просвет. Я всё бегу и бегу - парусник, подгоняемый ветром перемен. Просвет становится всё ближе и ближе. И вот стена леса редеет и за ней показывается широкое поле, а за ним сходящаяся под углом другая стена деревьев. Поворот налево. Остановка номер один.

     Если повернуть в этом месте налево, то глазу наблюдаетеля открывается картина "Земля после атомной войны". Стоишь на краю громадного обрыва . Огромный карьер с разноцветными зелёными, сине-зелёными, белыми, жёлтыми, оранжевыми и коричневыми изломанными и побитыми стенами. Космический ладшафт лучше всего проявляется именно зимой, когда вся мутировавшая растительность исчезает, а склоны остаются голыми и дикими. На дне карьера слева от обозревателя - городская свалка, там всё время движение, ездят мусорные машины и бульдозеры и горят костры. Фигурки людей едва различимы, а грузовые автомобили выглядят размером с муравья. Возможно, с этой высоты свалка выглядит не такой огромной, но на самом деле она занимает несколько квадратных километров. Астероид с такой площадью поверхности, упавший на Землю, неизменно вызовет катастрофу глобальных масштабов. Ближний к наблюдателю край свалки показывает свою сущность хорошо различимыми крупными обломками. В самом низу озеро с водой яркого ядовито-кислотного цвета. Растаявшее, видимо, совсем недавно. Видны поднимающиеся с поверхности озера испарения. С этими испарениями оно выглядит просто изумительно. Иногда такие озёра показывают в фантастических фильмах, причём такое озеро там неизменно содержит кислоту или иную едкую жидкость. Также такие озёра встречаются в оформлении компьютерных игр в индустриальном стиле. Но тут такое озеро в реальности "прайм". С одной стороны, карьер не замкнут, и сквозь образовавшееся окно обзора видны заброшенные здания заводов, трубы фабрик и линии высоковольтных предач. В целом это невозможно описать словами. Это надо увидеть, чтобы человека обуяли непонятные и противоречивые чувства при взгляде на этот карьер.

     Я смотрю на него в течении пару минут, а затем продлжаю свой путь. Путь без начала и конца. Возвращаюсь в лес. И иду, молча созерцая пустоту мира. Совершенно неожиданно недалеко от меня возникает рокот мотора, я вздрагиваю. "Мотоцикл", - думаю я. Рокот нарастает, я схожу с дороги и проваливаюсь в сугроб. Нет, это не мотоцикл. Это... снегоход. Откуда?! Откуда здесь снегоход? Подарок Брюса Уиллиса, что ли? Он проезжает мимо, оставляя за собой неприлично громадный шлейф синего дыма, обволакивающий всё вокруг. Я, естественно, тоже попадаю в клубы дыма. Странно, у него приятный запах, запах моего раннего детства. Так же пахла лодка моего отца. Снегоход уехал, а запах дыма оставался ещё долго, а я всё шел, гонимый либидо и своим предназначением.

     Здесь могла быть моя остановка номер два. А могла и не быть. Я прохожу мимо. Типичный, или скорее, нетипичный флэшбэк. Ограда в виде забора из сетки. Дырка в ограде. Чёрный ход в срез другого времени. Я иду дальше мимо забора, отделённого от леса длинным рвом и линией деревьев. За забором медленно проплывают мимо старинные деревянные домики. Вот трёхбанная деревянная церковь. Вдали виднеются ветряные мельницы (ни одна не крутится).

     Музей народной архитектуры под открытым небом уникален в первую очередь своей громадной площадью. Впрочем, большая её часть не используется в экспозициях и посему большое количество деревянных (и порою каменых) домов, усадьб, водяных мельниц, амбаров и. т. д. стоит полностью заброшенными и тихонько разрушается под действием времени, сырости и воров древесины. Дырка в заборе ведёт именно в заброшенную часть музея. С самого детства я обожаю здесь гулять, лазить по этим домикам, изредка наблюдая праздношатающихся психопатов и извращенцев, непонятно зачем сюда забредающих. Но сейчас я прохожу мимо, оставляя в стороне деревянные домики, суррогаты далёкого и совсем не романтического прошлого. В мою голову пришла мысль пропутешествовать туда, в ту часть леса, где я ещё не бывал. Как говорится, флаг мне в руки...

     Дорога уходит вправо, оставляя музей позади. Утоптанный снег постепенно превращается в кашеообразную смесь жидкой грязи и тающего снега. Несмотря на попытки обойти это препятствие, я таки промачиваю ботинки. Но это мелочь. Одну за другой обходя такие хлипкие и склизкие лужи, я продвигаюсь дальше. Зачем? Это явно не мой вопрос.

     Населённый пункт под названием Пирогово является очень интересной месностью со всех позиций. Во-первых, собственно само поселение занимает 1/100 или даже меньше той площади, которую занимают объекты, расположенные в окрестностях Пирогово и юридически ему принадлежащие. Во-вторых, он любопытен самими этими объектами, большинство из которых просто идеальные мишени для террористов, задумавших совершить большую экологически грязную каку. В третьих, собственно говоря, с трёх сторон он "омывается" славным городом Киевом, граница которого находится в нескольких километрах за Пироговым, то есть чисто географически он находится в самой столице, причём совсем не на окраине. Из Пирогова в Киев и из Киева в Пирогов(о) можно попасть за 10-20 минут пешком. Пикантность всей ситуации придаёт характер объектов и то, что, несмотря на наличие этих объектов, практически полностью отсутствует охрана. Итого, кроме музея, привлекающего неподвижных Дон-Кихотов своими ветряными мельницами, есть вышеупомянутая городская свалка отходов. С толщиной слоя мусора в хрен знает сколько сотен метров (а именно в 1,2 или 3 сотни) и, как полагается, наличием в её развалах самого разнообразного оружия, цветных металлов и кучи всякой разной высокотоксичной и радиоактивной дряни. Естественно, находятся индивидуумы, всем этим проиышляющие. Что же касается радиоактивного мусора, то здесь же, в Пирогове, есть хранилище радиоактивных отходов (всякие там отработанные стержни, радиоактивные капсулы и прочая относительно мало-радиоактивная дрянь). В окрестностях украинской столицы таких хранилищ как минимум три. Ещё в Пирогове есть бесхозный склад боеприпасов, штаб ГО (не зря именно тут, чтоб недалеко было бежать с вёдрами, если что рванёт) и пара непонятных военных объектов. Также есть огороженное бетонным забором хранилище какой-то дряни в проржавевших бочках с нарисованными на оных черепами с костями и ещё какие-то непонятные здания и ангары. Жителей из Пирогова почти всех выселили, потому что вода в колодках там непригодна для питья. Концентрация тяжёлых металлов и хлорорганики в местной воде превышает ПДК в несколько сотен раз...

     Маленькое отступление от дороги в моём сознании. Пирогово осталось где-то рядом, а я всё иду по тропинке. Через час после дыры в музей и нескольких десятков поворотов в разные стороны на встречающихся распутьях, а также двупутьях, трипутьях, четырепутьях и мультиплетных волнах, я попал в район леса, где я ещё не был. Немного перекусив на большом пеньке, я пошёл дальше. Дорожка шла ровно без отходящих в разные стороны тропок и теперь представляла собой узкую полоску в сугробе, по которой с момента последнего снегопада прошло человек 7, не больше.

     Через минут 20 ходьбы я уткнулся в сильно покосившийся сетчатый забор, натянутый на сделанных из срубленных деревьев, неровных столбах. Дорожка шла вдоль забора, куда-то дальше. Немного подумав, я нырнул в первую попавшуюся дырку в сетке, естественно, прямиком через сугробы с мокрыми ногами...

     Передо мной лежит овраг, а за мной остался враг. Если кто-то думает, что он хоть на йоту приближается к Льюису Кэроллу (он же Чарльз Доджсон), - то он глубоко заблуждаеться. На дне оврага виднеется нечто металлическое. Мой путь лежит туда, и я устремляюсь вниз. Вниз, по крутому склону и совершенно без дороги. Мне вдруг вздумалось побежать вниз по склону. Свершив предварительно довольно странный прыжок, я так и сделал. Всё бы хорошо, но Агент Купер снова забыл одну вещь. Снег-то тает, motherfucker. Подскользнувшись на склоне, остальной путь вниз я проделал на заднице. "Вот дерьмо", - совершенно искренне сказал я. Мой зад горел так, словно черти уже начали его жарить ещё при моей жизни. Сознание сразу поменяло свой план. Я спустился с лазурных небес в грязную, хотя... хрен его знает куда я спустился. На самом-то деле нет ни спуска, ни подъёма. Ни покоя, ни движения...

     Непонятный металлический объект оказался кучей ржавых металлических объектов разного размера. Всякие там трубы, железные листы и колючая проволока. Колючая проволока! Это уже интересно... хотя... в этом лесу колючей проволоки просто немерено. В моей голове уже появились и чётко оформились здравые сомнения о разумности забирания в такую "жопу", когда я увидел меж деревьев какое-то непонятное здание. И направился к нему, в твёрдой уверенности, что это забытый всеми полуразрушенный сарайчик какого-нибудь колхоза. Но то, что я там обнаружил, было совершенно неожиданным.

     

     Я стоял на полуразбитой асфальтовой дорожке и в очередной раз не понимал кто я, что мне снится. Слева, справа и спереди находились небольшие здания, по типу сельских складов. А прямо предо мной находилась металлическая шняга, я не сразу понял, что это за объект. От этой хреновины и до сарая впереди были проложены рельсы. Вид передо мной вызвал такое дикое де жа вю, что я просто выпал в осадок. Секунд 15 мне понадобилось вспомнить, где я видел это место и понять, что предо мной. Когда я вспомнил, сердце моё забилось очень часто. Эта была та самая заброшенная ракетная часть из программы новостей. Вот эта металлическая штуковина - установка для пуска ракет. Гм, наверное никто не бахнул отсюда ракетой только потому, что часть обесточена. Я прошёл вдоль рельсов к сараю, я знал, что в нём.

     Створки массивных, обитых металом деревянных дверей были приоткрыты и скреплены проволокой. Наследие советской эпохи - типичная советская безхозяйственность. Узко, но я между них пролезу. Включаю свой фонарик и пытаюсь рассмотреть, что же там внутри, но вижу только бетонный пол, усеянный мелкими осколками стекла. Протиснусь я тут или нет? Попробую. Для этого приходится снять мою куртку, выдуть весь воздух из лёгких и зверски изворачиваться своей головой, потому что уши отчаянно цепляются за створки дверей.

     Это стоит мне больших усилий, но я таки протискиваюсь вовнутрь. Посветив фонариком, я нахожу ИХ... Медленно и со странным мистическим чувством внутри я подхожу к ним и провожу рукой по их поверхности. Двенадцать ракет, словно двенадцать апостолов на тайной вечере. А кто Иисус? Странный вопрос. Наверное, это я. Я - психоактивный Иисус Христос. Но апостолы мои... Выкрашенные в серый цвет. Четыре стабилизатора сверху - четыре снизу. Своей окраской стабилизаторы сильно напоминают "Чёрный квадрат Малевича". Чёрного цвета, с белой каймой по краям. Головка с боезарядом (а интересно, есть он там? Что-то подсказывает, что он там есть) так вот, эта, мать её так, головка окрашена в эротически вызывающий красный цвет. Цвет красной шапочки и домов терпимости. Больше всего поражает название ракеты, написанное на ней чёрным кириллическим шрифтом: "Мир-4". Ракета, несущая мир во всём мире. Что это за ракеты? А хрен его знает. Какой у неё боезаряд? Тот же ответ. Дя поражения каких целей они предназначены? Странное и магическое сочетание букв на поверхностях этих стальных образин. У всех одинаковое, кстати.. РПШ 90467-81. Год 81-й, зто я понял, а вот всё остальное для меня сущая непонятица.

     Я стоял зачарованный, глядя на ракеты. Сначала думал о странной магии этих металлических артефактов эпохи. Затем придумывал возможные цели, по которым бы я с удовольствием бахнул ракетами. Интересно, почему их ещё никто не спёр и не продал?

     Идя обратно, я решил подняться наверх по тропинке вместо того, чтоб карабкаться по склизкой горе. Однако тропинка, казалось, шла совсем не туда, куда мне надо. Поэтому мне пришлось свернуть с неё и снова ташиться через сугробы. Проделав шагов с десять, я испытал настоящий шок. В метрах десяти от топинки на пне сидел какой-то небритый мужик и ярстно онанировал. Это было так неожиданно, что я не на шутку испугался. Почти сразу же он заметил меня и так и застыл в своей мастурбационной позе, смотря на меня перепуганными глазами. Я отвернул от него свой взгляд и быстро прошёл мимо. Слава богу, он ко мне не приставал...

     

     Был уже вечер. Я чертовски устал, моё тело шаталось и, казалось, вот-вот упадёт. Оставалось совсем немного до того момента, как я приду к себе домой и завалюсь на свою кровать.

     Пруды, совсем недалеко возле моего дома. Навстречу мне идёт женщина лет 40-50, в зелёной болоньевой куртке, длинной шерстяной юбке, голова покрыта платком. Православная смиренница, искореняющая остатки своего либидо, как показалось мне. Она смотрит на меня и неожиданно заявляет:

     - Антихрист грядёт! Конец света близко!

     Я киваю головой и говорю:

     - Спаси Господи, - не спеша иду мимо неё. Лицо женщины озаряется радостью и она воодушевлённо вопит:

     - Спаси Господи! Страшный суд уже близко!

     Постепенно я от неё отдаляюсь. Она кричит мне вслед:

     - Да хранит тебя Бог! Острегайся кредитных карточек, они от дьявола...

     Люцифер в моём разуме усмехается и я думаю: "а как же, знаем эту песню. Знак Зверя на лбу их и на руках их, или как там? Не помню точно, как сказано: у Therion или у Антихриста? Даю 50% вероятности, того, что у неё маниакально-депрессивный психоз или шиза."

     Всё ближе и ближе к своему дому. Запах относительной свободы сменяется духом спёртой дерьмовщины...

     Я захожу в свой подъезд и что-то захлопываеться в моей коробке...

     В тускло освещённом лифте остатки псевдообъективной реальности улетучиваются. Пока лифт поднимается, время начинает растягиваться и появляется ощущение, что он никогда не приедет в своё никуда. А я всё чётче и чётче ощущаю, что не могу понять, снится это мне или нет. А когда я вошёл в свою квартиру, то понял, что не могу проснуться...

     

     Ветер гуляет по дороге. Машины снуют туда-сюда. Вечное движение пустоты. Я смотрю на выложенную плиткой стенку. Обилие разнообразных надписей. Помимо народных названий полвых органов и сранвнения с оными различных лиц, иногда на стенах появляются оригинальные надписи. Я не имею в виду набережную, её разрисованные граффити каменные стены. Такие надписи в основном совершенно непонятны непосвящённому. Лишь иногда в них угадываются "продвинутые" альтернативные и психо-электроные группы, а также названия разнообразной синтетической драги. Имеются в виду литературные шедевры настенной хулиграфии. Первое место в моём рейтинге принадлежит неизвестной хули-поэтессе за стихотворение:

     "Идёшь - иди, пиздишь - пиздуй,

     Я на тебя ложила хуй,

     Идёшь? Иди, любовь моя,

     Таких как ты, тут до хуя..."

     Второе место принадлежит идеологической фразе написанной неизвестным хули-анархо-психо-политологом. На стене, испещрённой пребранкой скинов и рэпперов бывло написано: "Хари Кршна. Ёб вашу мать,трахнутые ублюдки! Иисус любит вас, суки...".

     Третье место принадлежит неизвестному поэту-декаденту (не хули-). Всего стихотворения я не помню. Но это был образец подлинной эстетики, доступной лишь съедаемым пороком декадентам, с тайной педофилической или содомисткой страстью и постоянно растущей толерантностью к опиатам. Я помню лишь две строчки:

     "Писать на стенах туалета

     Неблагодарно для поэта..."

     Вне конкурса проходит надпись на стене полуразрушенного дома в самом конце проспекта Науки. Этой надписи больше 10 лет. Громадными белыми буквами на красной стене написано: "Я БУДУ ЛЮБИТЬ ТЕБЯ ВЕЧНО..." Пожалуй, это одна из самых известных киевских настенных надписей. Когда я вижу её, у меня возникает очень сильное и непонятное чувство. От этих слов исходит некая магическая сила. Громадное количеставо легенд и мифов рассказывается о её происхождении, но достаточно увидеть эти написанные белой краской буквы, чтобы соприкоснуться с дной из множества трагедий, наполняющих эту дерьмовую жизнь.

     "Я увидел надпись на стене дома: "я буду любить тебя вечно!" Я думаю, парень будет любить девушку пока не снесут дом."

     

     Сейчас я вижу две классных надписи. Первая, "девочка со шнягой" приводит меня в очень смешное положение духа. Вторая, "осенний суицид", заставляет меня испытать шок. Волосы встают у меня на голове и мурашки начинают шевелиться на моей спине. Эта надпись задевает меня, потому что напоминает мне о многом. Это слова из моей жизни...

     

     Старый четырёхэтажный дом в центре города. С сине-белыми известково-крашенными стенами. Стены, естественно, испещрены надписями. Поскольку сегодня я отправился в маленькое путешествие в мир настеных надписей, то моё блуждающее сознание рассматривает их по мере того, как я поднимаюсь на третий этаж по лестнице. В основном это названия различных групп: Metallica, Nirvana, Napalm Death, Prodigy, Dub Pistol'ссы, ГО, Алиса, ДДТ и даже такие как Burzum, Coil, Scorn, ADF. Также всякие драговые надписи типа: "Smoke Ganja", "Acid", "Happy XTC", "speed freak", "Non shirking in front of my door!", "Наркомани на городі", "героин - это смерть", а также неизменные "Vivat Anarchia", "Punks not dead" и "Бей гопников!" Само собой, всякие там хуи, суки, пизды и прочие...

     Приятно поражают надписи: "умереть невозможно", "в каждом компьютере живёт свободный дух", "я сильно люблю маленьких собачек", "гей-культура не сдохнет, пока у парней есть анус", a также "Tussin on my conscious. There is no time in the world of Robo... ".... Прогрессивность обитателей этого дома просто поразительна...Да, и вот ещё одна надпись:

     "Как бывает жизнь прекрасна,

     На последнем рубеже,

     Когда жизнь тебя склоняет,

     В суицидном падеже..."

     Звонок в дверь. Мне открывают. Музыка, естественно, на полную громкость. Её было слышно ещё на втором этаже. Ну чего ещё ожидать от этого меломана.

     У меня есть привычка говорить в самом начале обескураживающие фразы. На этот раз я говорю:

     - Не успел позвонить, а уже и открыли. Мальчик, а где твои родители? Сам ты тормоз. - на что он мне совершенно спокойно отвечает:

     - Ты как всегда, в своём стиле. А родители мои уехали в Москву (с чего это бы?).

     Ваня-Doom - это весьма примечательная личность. Начнём с того, что своё произвище он получил из-за того, что в эпоху нашего с ним общего отрочества он дновременно слушал "дум металл" и превосходно играл в игру Doom. Худощавый очкарик-меломан. Некоторе время назад он поразил меня одной фразой относительно Alice in Chains: "это не какая-то псевдоальтернативная попсня, а настоящий грязный героиновый гранж из Сиэттла!" При том, что тёмное пиво - это его максимум. Не говоря уже про траву и прочее..

     Но хрен, с ним с Ваней-думом. Мне перехотелось про него писать...

     

     Стою у окна и смотрю в даль

     

     "...предвыборный штаб партии Украина Кончает..."

     Я снова переключаю канал. Какие-то полуголые тёлки выдрыгивают на экране телевизора. Бородатый натурал поёт в манере геев из Бронкса, непонятно только зачем. Следующий канал: "препарат Антисинюк избавит вас от похмелья". Снова щёлк.

     "...эту программу было создано при поддержке партии голубых Украины.".

     Я переключаю этот ящик на ВВС. Там тоже какие-то политические новости, однако, к счастью, ни слова про эти идиотские выборы. Однако меня немного задалбывает слушать про президента Штатов, который встретился непонятно где с каким-то мудозвоном из Пакистана. Снова щёлк. Музыка. Как назло, почти у всех моих знакомых на их кабельном ТВ есть музыкальный канал, а у некоторых целых пять, у меня же нет ни одного. Вот какая-то попсовая музыкальная передача, мне везёт и я слышу что-то, по моим меркам, вполне приличное. Я слышу конец какой-то песни в манере а-ля постальтернативный рок. После чего там поёт какая-то попсовая тёлка.

     Щёлк. "Президент Украины Лео..." Это говно я точно смотреть не буду. А на следующем канале диктор с лицом кататоника монотонно бухтит свои политические новости: "глава союза онанистов Украины заявил...".

     

     На самом деле в этой стране есть только две политические силы: олигархи и олигофрены. Равновесие в борьбе этих сил обеспечивает достаточно устойчивое постепенно загнивание социума. Победа одной из этих сил неизбежно привела бы к катастрофе. Это видно на примере стран бывшего соцлагеря: в Румынии победили олигархи, из какой-то там семьи. В Молдове и Беларуси победили олигофрены. В обоих случаях результаты плачевны...

     

     Нет, только не в желе! Плюх. Я упал в оранжевое желе. Хм, похоже апельсиновое. Почему-то возникает уверенность, что оно не только апельсиновое, но и ананасовое. Медленно я плыву сквозь него, пока не останавливаюсь. Где же, чёрт подери, моё тело? А было ли оно вообще у меня? Попробую-ка я пошевелить пальцами. Хм, странное ощущенение. Ну ка, ещё раз, то же ощущение, это что, мои пальцы? Я чувствую, как рядом шевелятся какие-то тёмные шупальца. Ого, какие длинные. Стоп, это мои щупальца! Ну да, попробую пошевелить ими, это удаётся с большим трудом. Они едва колышутся в этом желе. Надо вылазить из этого желе. Несмотря на все усилия, я не продвигаюсь ни на миллиметр. Я неподвижно лежу и смотрю сквозь толщу желе. Потолок, гипсокартоновый, вот какое-то лицо над желе. Повар в белом колпаке. Он берёт желе со мной внутри и несёт куда-то. Интересно, куда меня несут?..

     Тут я вижу дверцу холодильника. Нет, только не в холодильник! Дверца открывается, и желе, со мной внутри, ставится на одну полку со взбитыми сливками и тортом. Дверца закрывается и струя холодного пара бьёт прямо в меня. До чего же холодно тут! Что это за холодильник, я вас спрашиваю? "Биохолодильник Самсунг", - отвечает какой-то голос. Блин, это же реклама. Кстати, компания "Пепси" должна мне деньги за рекламу внутри моего психического пространства. Стоп, откуда я это помню? И почему так холодно? Неожиданно меня поднимает вверх и тут я вижу, что подо мной не желе, а заливной осьминог. Я что, осьминог? "Нет, ты королева зергов", - звучит в ответ.

     Стоп, это какой-то бред. "Какой-то бред, орлёнок Эд", - говорит голос. Я пробую пошевелить щупальцами, но у меня ничего не получается. Всё куда-то уносится и я падаю сквозь пустоту...

     Я открываю глаза. Ух ты, у меня есть глаза! М-да, до чего же странное место. Какой-то заброшенный завод, весь в паутине и слизи. Вокруг снуют множество самых разных странных существ. Я нахожусь внутри кокона, весь опутанный паутиной, не могу даже пошевелиться. Хотя нет, вон что-то шевельтся внизу. Что-то маленькое, откуда сочится и капает слизь. Два каких -то странных членистоногих подходят ко мне, шевеля своми усами-антеннами. Откуда-то я понимаю, что они не насекомые.

     - Моя королева, я рад, что вы проснулись. Осталось два часа, -сказало одно из существ, шевеля усиками-антеннами.

     "Моя королева! Я что, - самка?" -подумала я. Посмотрев на самца, а я поняла, что это были два самца, я спросила:

     - Два часа до чего?

     - Два часа до метаморфозы, моя королева, после чего вы вылупитесь, чтобы основать новую колонию зергов, - сказал второй самец.

     - А что будет потом? -спросила я с тревогой.

     - Потом мы будем с тобой совокупляться, а затем ты нас съешь, - радостно сказал первый самец, -затем ты полетишь, найдёшь место, где ты отложишь свои яйца и тогда появится новая зергианская колония.

     Я впервые обратила внимание, что его хитиновый покров разрисован пурпурными геометрическими узорами. У него было 7 пар лапок и хвост с жалом как у скорпиона. Вспомнилось, что его звут Тораскуэр О' Гаэрх. Второй самец весь был в зелёных пятнах. У него не хватало правой 4-й лапки ( если считать сверху). Всего у него было 5 пар блестящих лапок, 4 красных щупальца с присосками в нижней части туловища и раздвоенный хвост сзади. Звали его Иззл Маэр де Паппажззолллга. У него был до того возбуждающий вид, что мне стало невтерпёж ждать два часа, мне захотелось совокупиться с ним прямо сейчас, а затем откусить ему голову, как только у него наступит оргазм. Да, я поочерёдно откушу ему все лапки, пока его тело ещё будет биться в оргазме, а когда он кончит, я съем его щупальца. Я стала ощущать, как опустилась в пучину эротических фантазий, но тут тревожная мысль возникла в моём сознании. Я встревоженно спросила:

     - Я что, сама полечу основывать новую колонию?

     - Нет конечно, с тобой будут 12 муталисков, 10 сражей, 8 девоуеров, 4 ганнизагла и два оверлорда, гружёных рабочими.

     - А кто такие ганнизаглы?

     Менеджеры-организаторы, мутируют в мозговые центры.

     Всё понятно.

     Я успокоилась, всё было в порядке, только поскорее бы вылезть из этого кокона. Вперёд! К новым свершениям! К новым колониям! Кстати, что случилось с моей предыдущей колонией?

     - Кстати, а что случилось с моей предыдущей колонией? - неожиданно для самой себя поинтересовалась я.

     - Её уничтожила Кэрриган со своими Battle Cruisers.

     М-да, кстати когда выйдет новая версия? - спросила я.

     Никогда, - ответил Тораскуэр, удручённо шевеля нижними лапками, - ты что, ничего не помнишь?

     Ничего, а что я должна помнить?

     Примерно год назад мы основывали новую колонию на месте корпорации Blizzard. Молодые зерлинги поели практически весь персонал корпорации. Ты сама лично съела головной мозг главного разработчика. Я тогда сожрал его шишковидную железу и чуть не протошнился, после этого у меня выросла ещё одна пара крыльев под хитином и открылся третий глаз, -последнюю фразу самец произнес почему-то особенно гордо.

     "Да весело, ничего не скажешь" Добавить мне абсолютно нечего, и я просто смотрю вперёд. Скучно, пару часов мне совершенно нечем заняться. Смотрю вперёд, металлические колонны переливаются серым стальным цветом. Два самца подобострасно шевелят усиками. Совершенно неожиданно для себя я услышала отдалённый шум. Он был слышен всё время, но я не обращала на него внимания. Это было тихое жужжание и неясный гул, а сейчас к нему примешиваался ещё и какой-то треск. Я повернула голову, чтобы увидеть его источник, но волокно кокона мешало мне, закрывая обзор. Своими челюстями я разгрызаю полотно кокона и вижу пульсирующее и медленно метаморфирующее зергианское яйцо между колониями спор. Белое блестящее с красными прожилками с озерцом желтоватой слизи у основания. Оно завораживающее пульсирует, всё больше и больше и я чувствую, как оно вот-вот лопнет, дав начало новой жизни. Несколько секунд, не больше.

     Треск. Мягкая оболочка яйца лопается и разлетатся во все стороны. Наружу выскакивает жёлтое абсолютно ни на что не похожее безглазое существо с восемью не то ногами, не то щупальцами. "Какой симпатяга", - думаю я и умиляюсь. Милашка в четыре прыжка подскакивает к яме с жидкими сине-зелёными водорослями, возле одной из колоний спор, и начинает весело хлебать оттуда. Я спрашиваю:

     - А как наз....

     Последнюю фразу я не успеваю договорить, так как раздаётся сильнейший взрыв. Кокон начинает трясьти и бросать во все стороны. На месте колоний спор и озерца с водорослями поднимаеться грибовидное облако ракетного взрыва. Торраскуэр удивлённо бормочет:

     - Ракета...

     Это было последнее слово, которое он успевает произнести. Раздаётся треск электрических разрядов и дымящиеся остатки обоих самцов разлетаются во все стороны. Дальше всё развивается быстро, как во сне. Транспортное судно возникает словно ниоткуда, останавливается за пару метров от меня и высаживает трёх солдат конфедерации в скафандре и ... её! Последнее, что я вижу перед глазами - злобно ухмыляющееся лицо Кэрриган О'Хара, которая отрезает мою голову ножом... Как странно, я чувствую боль в сердце...

     

     Продолжение следует за горизонтом...