Все мы давно уже в курсе, что, принимая психоделики, мы оказываемся в глубинах своего подсознания. Но никогда, никогда нельзя быть уверенным в том, где мы окажемся на этот раз. Моделированием психоза в положительную или отрицательную сторону занимается, видимо, кто-то помимо нашей воли. Вот и в этот раз, полон желанием воскресить положительные эмоции, ты обламываешься и ПОПАДАЕШЬ. Ты попадаешь не в ад, нет, ты попадаешь в несколько пограничное состояние, как бы зависая над реальностью. Для этого состояния есть отличный термин, Twilight Zone, или Сумеречная доза (гы, хотел ведь написать «Сумеречная Зона», вот, блин, клёвые ассоциации).

     Итак, в этот раз, я попал именно туда, в Сумеречную Зону своего сознания.

     Стоит ли рассказывать то, что было, всё и по порядку? Нет ответа на этот вопрос, по крайней мере, нет его у меня. Поэтому будем строить повествование так, как Бог на душу положит.

     Суббота, 9 часов вечера. Сегодня мне искренне хотелось поманьячить. Самолет заправлен и ждет своего часа. Количество раствора несколько меньше чем обычно, но и введение предполагается в/в. Несколько страшновато. Во-первых, неизвестны результаты такой вмазки. Во-вторых, неизвестна степень чистоты раствора, очень страшно, наверное, умереть от заражения крови. Кстати, один знакомый у меня помер от заражения крови, правда, он бодяжил гердос снегом, но, тем не менее, вероятность этого витает в воздухе. Хотя я считаю, что подготовился я неплохо. Вода была дистиллированной, специально для инъекций, порошок я растворил полностью, даже немного подогрел, смешивая в стерилизованной посуде и, наконец, этот же раствор уже колол в/м, без последствий. Даже не болело. Как обычно, приготовил себе чая: зная, как это - наливать текучий чай из текучего же чайника, я предварительно налил его в чашку, вернее, кружку, и поставил рядом на тумбочку. Немного полежал, упокоился (вернее, успокоился, вот ведь ошибки), чтобы улеглись волны адреналиновой лихорадки. И пошел в ванну, поскольку там в достаточной мере светло и там-то уж я ни за что не промажу мимо вены. Мой самолет, в принципе, был предназначен, для груза инсулина, и посему его игла была такая, сука, маленькая и тоненькая, но зато ею колоться не больно и следов она не оставляет, такое, по крайней мере, от нее ощущение.

     Первый вопрос: куда? После долгих раздумий и сомнений локтевой сгиб был отвергнут как палевное место, было принято решение - в тыльную сторону кисти. Правда, там такие маленькие вены, но и игла у меня небольшая.

     21.43 Короче, хер с ним, что зря сомневаться, поехали, и будь что будет, как обычно. Бицепс перетянут жгутом, немного подкачано, сжимая и разжимая кисть; вены увеличились в объеме. А-а-а! Укол! Вроде попал. Контроль! Есть контроль! Закачка топлива. Зарядка прошла успешно и безболезненно. Ничего особенного, это радует. Быстро вынимаем самолёт и убираем его в карман. О-о-о! Началось. Быстрее в комнату, на диван, а то попалят. Быстрее. Начало прихода уже заметно. Я не успеваю дойти, не успеваю. Хватаюсь за ручку двери, но она выскальзывает. Хорошо, что дверь открывается от себя, её достаточно толкнуть, и я толкаю. Никуда не смотрю. У меня есть цель - дойти и лечь. Да, я дошел, успел. Первая победа.

     21.45 Блядство какое-то. Ну что это опять! Блин, как хреново. Увеличивается потоотделение, или, по крайней мере, так кажется. Внутренние процессы ускоряются. Меня колбасит, и этот ужас мне предстоит пережить в течении часа-полутора. Внимание не удаётся сосредоточить, хотя субъективно голова работает. Но фигли толку от работы головы, нафиг всё это понимание, надо попытаться расслабиться. Ага, сами попробуйте, у меня это никогда не получалось.

     21.57 Прет просто ужасно. Скорее бы всё кончилось. Проклятый второй этап. С этими галлюцинациями, звуками, ощущениями. Всё совершенно не такое, какое было. Паника пока не пришла, и слава Богу. Я лежу не двигаясь, вернее, полусижу. По телевизору идет кино о двух убийцах, я его и смотрю, и не смотрю. Это достаточно забавно, если это можно назвать забавой, когда идет процесс разложения на атомы.

     22.15 Я уже знаю, что в этот момент ничего не помогает, НИЧЕГО. Есть сильное желание, чтобы это закончилось, но не стоит на этом зацикливаться, ЭТО не закончится. Я пытаюсь вникнуть в суть фильма, это захватывает и я переношусь на экран. Правда, иногда тело напоминает о себе. Телу откровенно плохо, но ничего, главное, переждать час, будет легче, я это знаю. Смотрю.

     22.30 Блин, какое хитросплетение сюжетов! Надо бы не отвлекаться, поскольку любой взгляд в сторону от экрана наполнен глюками. Я знаю, какие они, я их уже видел и слышал. Интересно, можно ли к этому привыкнуть? Наверное. Но у меня пока не очень получается. В этот раз особенно меня доставали слуховые. Ну прикиньте, вы сидите в наушниках и теоретически в нормальной ситуации ничего, кроме звука наушников, не слышите - но не сейчас. В данный момент мир вокруг вас наполнен звуками. Слуховые фильтры не работают, отделить правду от вымыслов (если они есть) не представляется возможным. Для вас все звуки реальны, все они существуют. Они находятся вокруг вас, и беспрестанно что-то где-то творится. Всё звучит. Шёпот какой-то, тиканье часов (хотя они электронные и вообще без стрелок), звук работающего в соседней комнате телевизора, шуршание (блин, что шуршит?). Ненавижу. Я всё это слышу. Можно не обращать внимания на зрительные эффекты, главное - не шевелиться и не смотреть на статические предметы, лучше смотреть в телевизор. Но всё равно от них не избавишься, любое движение освещенного предмета порождает шлейф. Изображение подрагивает и расщепляется на цветовые составляющие. С этим можно примириться. Но голоса, блядь, - это сдвиг фазы, шизофрения. Они не хотят меня оставить. Тысячи звуков, источник которых найти не так просто. Улица, машины, проходящие люди. Я всё слышу, не снимая наушников. Хорошо, хоть никто не советует какой-нибудь херни, а то прям и не знаешь, поведешься ты или нет. Интересно, так чувствуют себя сумасшедшие, или нет? Гы, им прикольно. Я-то знаю, что у меня это пройдет. Знаю, да. Ну-ну. Знай, никакого толку. В этот момент все, что ты видишь, чувствуешь, слышишь и вообще воспринимаешь, реально. Реально просто потому, что ты не можешь отличить правду от вымысла. Даже не так, не так. Дело в том, что всё ЭТО существует, просто обычно на нас навешана куча фильтров, которые концентрируют тебя на чём-то основном, на том, чем ты в данный момент занимаешься. И всему остальному ты не придаёшь значения. Здесь же фильтры сняты, и ты всё воспринимаешь. Тихий ужас! Почему тихий? Да потому, что этого никто не слышит, кроме тебя.

     22.43 Скорее бы уже он проходил, этот дурацкий этап, скорее бы. Эмоции просто захлёстывают, наполняют этот бездушный мир. Всё имеет значение. Как-то всё неуютно. Психоз не оставляет, но главное - не отвлекаться от экрана, никуда не смотреть, не закрывать глаза. Бля, лучше вообще не существовать. Проклятье, какой-то кошмар, блин, что это, что с моей рукой? По-моему, я вдул. Проклятая тонкая игла, похоже, она пробила вену, на месте укола - заметный нарыв пару сантиметров в длину и сантиметр в ширину, он БОЛИТ. Я начал чувствовать боль. Черт меня дёрнул проставиться в кисть, лучше бы в сгиб. У-у-у, как плохо. Я пытаюсь потереть это место. Больно. Пытаюсь высосать - куда там. Я промазал. А вдруг теперь гангрена? Проклятье, нафига я так сделал? А вдруг при надавливании у меня рука порвётся? Что делать? Не давить. Но мысль не отпускает. Пробую успокоиться. Вдох-выдох, вдох-выдох. Не получается. НЕ ПОЛУЧАЕТСЯ. Это еще один плюс к психозу. Теперь он непосредственно связан со здоровьем.

     Попробуйте найти место укола при работающем телевизоре, дающем немного света. Вы видели свои руки? Они ужасны, поверьте мне. Я уже видел этот эффект, когда рука то шире, то уже. Волосы на ней дыбом и живут своей жизнью. Впрочем, это я уже описывал в прошлый раз. Так вот, попытайтесь найти маленький след от укола. У меня не вышло. Лучше на это не смотреть. Но ведь больно, позвольте. Надо просто успокоиться и расслабиться. Ну да, ну да. Ничего не выходит. Ладно, смотреть на это не буду, буду просто массировать. Что я, не понимаю, что ничего особенного не произойдет? Ну, может, будет маленький синячок, ничего, рассосется. А вдруг заражение и гангрена? Не хочу терять руку, не хочу! Моя бедная ручка, я тебя поглажу, и ты пройдешь. Массаж, лёгкими движениями, по часовой стрелке.

     23.02 Боль уже начинает распространяться по предплечью и почему-то отзывается в правом лёгком и правой ноге. Вот ведь попал. Точно, что-то не то. Неужели я сегодня умру, или, по крайней мере, в ближайшее время останусь без руки? Моя рука, не боли. Прошу тебя, перестань болеть.

     А вздутие всё больше. Лучше не трогать и забыть о ней. Какая разница. Завтра наверняка разберусь. Вскрою скальпелем и почищу. Лишь бы не было этого ужасного нарыва. Вот, блин, спросят меня завтра: "А что это у тебя?". И что я, по-вашему, должен ответить? Да ничего это, кололся я, типа. Ну я и попал!

     23.20 Проклятье, не попускает. Рука болит по-прежнему, но я примирился с мыслью, что я её уже потерял. Пальцы пока шевелятся, это хороший, должно быть, признак. А, ладно, будь что будет.

     В достаточной степени интересное кино. Как только обращаешь внимание на экран, СРАЗУ въезжаешь в сюжет. Живут же люди. Это всё кажется нереальным. Так, как они, жить вообще невозможно, не бывает такого. Не работают, не живут на одном месте, убивают друг друга, подставляют, по полной программе. Ну что это, скажите, неужели это всё возможно? Неужели кто-то именно так и живет? Всё решают секунды. Бах - и нет тебя. Жил, жил, и - раз - хладный труп. Может, и меня это ждёт завтра или сегодня. Лучше сдохнуть, чем остаться без руки. Все уже движется гораздо меньше, обои, конечно, морфятся, но не так интенсивно. Оппачки, а если я не попал в вену, что же меня так плющит, ведь доза была меньше, чем я обычно ставлю в/м. Почему так плющит, непонятно. Может, это психоз? А может, и нет? Желания смотреть на руку нет никакого, фиг с ней. Уже ничего не поправить. Неужто всех будить и сообщать, что я промахнулся мимо вены? Блядство какое-то. Ладно, продолжим просмотр фильма, время, как известно, лечит.

     23.40 Всё, больше я так не могу, не могу, и всё. Ни сидеть не могу, ни лежать, ни чай пить. Ничего не могу. Хочется кричать громко-громко, так, чтобы весь мир услышал, как мне плохо. Пойду покурю.

     Встаю. М-м-э-ээ. Подъем произвести не сложно. Вполне, я бы сказал, реально. Я поднялся, по ходу накрыл одеялом сына, интересно, почему он всё время раскрывается. Захожу на кухню, беру сигаретку и потихоньку пробираюсь в туалет. Бля, ну, стены на свету - это прикол. Та-ак извиваются, прикольно. Правда, если догадаться, что это не реально. Прикуриваю, курю. Ничего нового, просто курю. Пытаюсь посмотреть на руку, ничего хорошего из этого не получается. Такая особенность зрения, что все вроде бы резко, но одновременно не можешь сконцентрироваться на том, чтобы НОРМАЛЬНО посмотреть на руку, совершенно бесполезное занятие. Зато так прикольно находиться в узком помещении, смотришь вниз - ты большой-большой. Высокий, в смысле. Смотришь вверх - и ты уменьшаешься. Я попытался наклониться, что-то меня привлекло на полу, и, когда выпрямился, я понял, что в момент наклона я был не больше 10 сантиметров. Это меня немного повеселило. Никакого удовольствия от курения я не получил.

     00.15 Надо покурить марихуаны. В прошлый раз, когда я это сделал, Джа влился с дымом в мои лёгкие и наполнил мою душу радостью. Не лице появилась счастливая улыбка, и под любую, даже самую отстойную, музыку я мог создавать пространства. Вернее, не пространства, а такие плоскости над поверхностью одеяла, где-то на 10 сантиметров выше реальной поверхности. Я её мог раскрашивать усилием воли, мог создавать и убирать по своему желанию. И я подумал: а почему бы нет? Может, попустит меня психоз с рукой. Пусть воссияет улыбка. И я пыхнул, чутка, всего 3 хапки.

     Наивный. Джа на этот раз не пришёл.. Внимание не рассеялось. Рука болеть не перестала. Зато по телеку уже идет "Дом-3". Прикиньте, нет, вы только прикиньте, как меня захлестнуло. Все эти переживания с героями фильмов. Чувака там на электрическом стуле поджаривают. У него лопается кожа, по РУКАМ проползают какие-то вздутия. Вот же, блин, сволочи. Я сопоставил это с состоянием своей руки и опять начал массировать, не хочу терять руку. Психоз не уменьшился. И даже при том, что пальцы мои шевелиться не перестали, я всё равно боюсь.

     Кино совершенно нереальное. Наслоения сюжета, когда герой живет то в реальной жизни, то на него накатывают какие-то глюки. Бли-и-н, сколько это будет продолжаться, когда всё кончится? Здесь всё нереально, там всё нереально. Люди, спасите меня. Что делать? Проклятый телевайзер.

     00.33 В фильме начал происходить какой-то наворот событий. Непонятно, где у них реальность, где вымысел. Вымысел накладывается на реальность, а реальность, в свою очередь, проступает в вымыслах. Что есть реальность, что не есть реальность? Лучше не смотреть. Пойду на балкон покурю.

     О, улица! Это великая вещь. Воздух даёт шанс выжить. Вдыхаем полной грудью. Ну-у-у рулеззз. Как здорово на свежем воздухе! Теперь покурим. Наслоения наркотиков, непередаваемый микс. Но что это? Похоже, я приобретаю нереальные способности. Я слышу, как разговаривают люди в подъезде. Причем, не отдельные фразы, а всё четко, я бы даже сказал, объемно, нереально объемно. Я слышу еще много всяких звуков, но этот разговор совершенно чумовой. Не содержание, а исполнение.

     По улице перемещаются какие-то убитые люди, может, бухие? Блин, ради чего живет человек? Ради кайфа, наверное. Все обмениваются способами и субстанциями, могущими тебя погрузить куда-то. И все шифруются. Типа, я честный. Какой там!. Только и ждут момента убиться. Чёртов мир. А может, именно для этого мы и живем? Проезжают две машины, и их шум поглощает разговор в подъезде. Теперь его не слышно, слышно только шум проезжающих машин. Да, этот разговор я запомню надолго. Очень красиво звучал. Всё, сигарета истлела, последняя затяжка - и досматривать кино.

     00.50 Немного посидев и поофигевав над предстоящей потерей руки, я пытаюсь успокоиться. Но мысль о смерти не покидает меня. Руки и ноги начинают остывать, левая рука почти не двигается, хорошо, что хоть пальцы шевелятся. Разотрём-ка мы их друг об друга. Может, лучше, а может, и нет. Поджимаю ноги, чтобы не расходовать тепло, но меня неожиданно начинает трясти, и как трясти - никогда так не трясло, прямо колотит. Вот и смерть близко. Наверное, у моей руки уже начался некроз тканей, а трясет меня от трупного яда. Я умираю, умираю. Я не хочу умирать, мне рано еще. Ну его нафиг, этот сегодняшний трип, не могу больше. Пойду я спать, завтра всё будет лучше.

     Я лёг. Закрыл глаза и погрузился в измену. Теперь я погрузился туда полностью. Внешних факторов не осталось. Только внутренний мир, состоящий из моей атрофирующейся руки и мыслей о смерти. Я испугался, я очень испугался. Перед глазами проскакивают отрывки моей жизни, моменты всплывают всякие разные. Блин, а когда же начинает вспоминаться прожитая жизнь? Ответьте на этот вопрос. Ответили? Теперь я вам скажу свою теорию. Перед СМЕРТЬЮ. Я точно умираю, никаких сомнений. Блин, как не хочется, а как же сын, как моя жена? Как они без меня? Зачем я вмазался, и надоумил же меня черт. Как же я промазал? Вроде бы и контроль был. Вы себе представить не можете, как страшно. Нет! Если я засну, я умру. Точно! Выхода нет, видимого выхода нет. Но если не засыпать, то всё будет в порядке, главное - не засыпать и дождаться света дня. Днём всё реально. Днем я уже не умру, главное - продержаться и не закрывать глаза. Но они закрываются сами собой, проклятый сон. Образы, всё ими проникнуто. А может, весь этот мир - наша выдумка: какой ты его сделаешь, таким он и будет. Нет, это не философская мысль, а буквальная. Конкретно, если заснуть и проснуться, то мир изменится, он будет таким, каким я его создам в своём разуме, пока сплю. Я криэйтер. Не Бог, нет, просто криэйтер. Я могу оперировать пространством, создавать и разрушать окружающее. Стоит заснуть и проснуться - и мир изменится. Я тоже буду другим. Может быть, я уйду и не вернусь, а завтра мой дом будет находиться уже в другом месте, меня будут окружать совершенно другие люди и совершенно другие пространства, которые создадутся под воздействием моего разума. Сына очень жаль, неужели он меня никогда не увидит больше. Завтра ему сообщат, что папы больше нет, он умер и вот на кровати его труп. Он больше не поднимется, он остывает. НЕ ХОЧУ УМИРАТЬ! Спасите, спасите кто-нибудь. Нельзя засыпать, потому что я могу не проснуться, НИКОГДА. А где люди умирают, не могу же я умереть прямо здесь. Разве могу я умереть в своей кровати. Ведь тот, кто увидит мой труп, испугается. Люди, наверное, когда умирают, уходят куда-то в предназначенное для этого место. Всплывают образы трупов. Вот и еще один труп. Блядь, передозировка, проклятая передозировка. Но от чего? В вену-то я не попал, да и не бывает летальной передозировки 2с-в. Не бывает? А это тогда что? Это омертвевшая черная ткань с моей руки, она меня пожирает, она убивает меня. Ну что же делать? Как себя вести? Нет ответа. Но главное не засыпать. Потом не проснуться. Не спать! - но глаза предательски закрываются.

     А ведь подумайте: вот идешь ты по улице, а там трупы. Ведь они когда-то жили, думали, ходили. Ну, короче, как и все, как и я, и вот померли. Неужели и я сейчас того? Приезжает жена, входит в комнату, пытается меня разбудить, а я уже остыл. Как страшно. Но образы трупов почему-то охвачены электрическим сиянием. Точно! Засыпать, оказывается, можно, только нельзя быть уверенным в том, каким мир будет завтра. Вот сейчас я засну и умру, а завтра вселюсь обратно в своё тело и опять буду жить. А что, если вселиться в кого-то другого, типа, найти какой-нибудь труп, охваченный этими электрическими разрядами, и вселиться в него. Интересно, сознание останется моим или я уже буду иным. Будет ли это новым рождением, или это будет продолжением. Но, как бы то ни было, я этого не хочу. Я хочу остаться таким, каким был. Я к себе привык. Не хочу я экспериментировать с созданьем, с умиранием и возрождением. Я хочу, чтобы так всё и оставалось. В темноте мерцает табло видеомагнитофона. Такие два голимых нолика. Фигли они мигают. А! Из-за этого можно не заснуть. Нужно дождаться рассвета, и все будет в порядке. Время лечит. Ну да, ну да! А попробуйте сами себя в этом убедить, когда вы потихоньку умираете. Я чувствую, как холодеют мои конечности. Точно смерть, точно. Вот же, блин, не повезло. Но почему? Не бывает же овердоза, это ведь не гердос. Да, это не гердос, это некроз тканей. Я представил себя без руки. Я инвалид. Уйди, проклятое наваждение. Не хочу быть инвалидом. Ну что же делать? Надо дождаться рассвета, и всё будет в порядке. Да, как только настанет рассвет, всё будет иначе. Интересно, а можно ли ускорить рассвет? Как? Как? О, я придумал! Обычно по утрам я бреюсь. Надо побриться, и значит, это будет новый день, и я выживу. Да, если побриться, то отпустит, и я останусь живым в этом мире. Но ведь если я пойду бриться посреди ночи, кто-нибудь заподозрит неладное. А может, я не умираю, а мне только кажется? А зачем тогда вся жизнь пролетала в голове? Нет, я точно умираю. Но бриться, наверное, не выход. Мне нужен рассвет, а не побриться. Рассвет не ускорить, надо просто ждать, и он наступит. Да, но если я могу все создавать и разрушать, почему я не могу устроить рассвет? Наверное, могу. Или нет? Могу или нет? Нет, наверное, рассвет подвластен только тому, кто всё это придумал. Я могу только манипулировать этим, но устроить рассвет я не могу. Иначе бы я его устроил и попустился. Ладно, надо освободиться от мыслей и просто полежать, а рассвет наступит сам собой. Главное не заснуть, а то неизвестно, где я проснусь.

     В таком бреду я провалялся до половины третьего. Меня не отпускало. Выдержать этой пытки я не мог. Если нельзя засыпать, фигли просто так валяться. Пойду покурю.

     Я вошел в туалет и зажег сигарету. В голове была чёткая уверенность, что всё вокруг создано, или, лучше сказать, придумано мной и соприкасающимся разумом. А на стенах нарисована такая трава и в ней цветочки. Это просто чудо. Кто-то ведь смог так четко увидеть траву и потом нарисовать её на обоях. Блин, а ведь я знаю, что такое трава. А что это такое? Блин что это такое? Трава растёт на земле. А что такое земля? Земля - это такие континенты. А что такое континенты? В голове всплывают очертания Африки: Африка - это континент. Только воспоминаниями жив человек, да, только воспоминаниями. Главное - ничего не забывать, всё помнить. Давай проверим, помню ли я. Я потрогал своё лицо. Щетина! Это потому, что еще не пришло время бриться. А что такое бриться? Что? Я не помню. Ладно, не важно. Я помню, что такое земля. Нет, я и этого уже не помню. Я лихорадочно перебирал понятия, которые всплывали, и я не мог подобрать этому определения, вернее, не мог подобрать образы под понятия. Опять пришли мысли о смерти. Я умирал в туалете. Я терял память. Я терял разум. Перед смертью, наверное, так и происходит. Твой разум начинает перекачиваться в эфир, и поэтому теряются мысли, утекают воспоминания. А ведь воспоминаниями жив человек. Я точно умирал, не было никаких сомнений. Я пытался вспомнить хоть что-нибудь и не мог. Потом всплыл образ моря.

     Я стоял на берегу, или сидел, и смотрел на море. Да, море я помнил. Проклятье, чёртовы психоделики. Интересно, сколько времени я провёл в туалете? Наверное, странно так долго тут находиться. Хотя сигарета вроде истлела только на две трети. Значит, всё в порядке. Надо просто выйти отсюда и пойти лечь.

     Я вышел и пошел в темноту. Я добрался до постели и лёг. Я просто лёг, засыпать нельзя, во сне приходит смерть. А я хотел жить. Я старался не закрывать глаза, но они закрывались сами собой, потому что человек умирает с закрытыми глазами. Значит, их нельзя закрывать. У меня не получалось. Я пытался воткнуть в цифры на видеомагнитофоне и попытаться разобраться в них, чтоб не спать. Потом пришла мысль, что всем живущим необходима подзарядка и после подзарядки уже не будет так хотеться восстановить силы сном. Да, но как подзаряжаются люди? Я этого не знал. Видимо, люди подзаряжаются, так же как и видеомагнитофоны, через розетку. А почему, собственно, через розетку? Это же очевидно - потому, что там электричество. Не зря же мне рисовались образы трупов, охваченных электрическим сиянием, да не зря. ТРУПЫ? Я сказал ТРУПЫ. Опять трупы. Нет, из розетки нельзя, иначе я тоже буду труп. Интересно, а кто создал розетки и особенно провода? Это точно не я, или я? Да не, я не помню, как создавать провода, значит, не я. Зато я помню, что если пойти по проводам, то в конце концов можно дойти до Америки. Все провода, пересекаясь, создают сети. Во, вспомнил! Сети! Да, да, точно сети. Я же компьютерщик и пользуюсь Интернетом, пересекаюсь в сети со множеством людей, и мне всё равно, откуда они. Но как это удивительно! Да, действительно, по сети можно дойти куда угодно. Наверное, люди так и перемещаются. Они идут по проводам и приходят туда, куда надо. А куда надо? Я этого не знаю, но завтра я выйду, пойду по проводам и окажусь где-то в другом месте. А где? Где я окажусь завтра, я не хочу нигде оказываться. Я хочу остаться здесь. Но для этого следует не засыпать и дождаться рассвета. Бог ты мой, да у меня же глаза закрыты. Господи, я же сплю. Я опять умираю. Надо открыть глаза. Но я уже не могу этого сделать, глаза не открываются. И тут возник образ мужчины за барной стойкой, в белом пиджаке и чёрных брюках. Он стоял рядом с девушкой в красном платье, которая сидела на высокой табуретке возле бара. Он широко улыбался во все 32 зуба, а девушка подмигивала мне. Интересно, кто это и почему он скалится? Я понял - это был дьявол и он меня ждал, он ждал, когда же я закончу умирать и наконец покину этот мир. Но мне что-то не очень хотелось умирать. Я цеплялся за остатки разума, но, похоже, он уже находился в общем банке знаний. Мой разум вытек. Да, но я же криэйтер, и я могу создать всё что угодно. А что я могу создать, ведь у меня уже и разума не осталось. Проклятый дьявол, вот, сука, как лыбится. Ждет меня, падла. А кто противоположность дьявола? Противоположность ему - Бог. Господи, помоги мне! Господи, спаси и сохрани. Господи, Господи, ты милостив и всемогущ. Верни меня, я не хочу умирать. Как это? Ну же, ну. Иже еси на небеси, спаси и сохрани. Господи, не дай умереть, я не могу, мне ещё о семье заботиться. Помоги, Господи. Образ бара начал постепенно таять, морфиться и блекнуть, и начал прорисовываться образ Иисуса Христа. Всё как положено: длинные волосы, открытый взгляд, правда, по-моему, у него были усы и бородка, но это не важно. Я знал, что это Иисус. И он смотрел на меня, как будто с иконы. Хоть он и был реальным, но всё равно задний фон был, как у старой иконы.

     Фу, попустило. Но не тут то было: как только я начал успокаиваться и переставал призывать Господа, картинка опять возвращалась в бар. Ха-ха, я понял фишку. Надо молиться, надо разговаривать с Богом. Он поможет. И я стал вспоминать, все, что я помню о Боге. Начал? Да воспоминаний-то нет. Нечего вспоминать, я потерял память. Все слова перестали подкрепляться образами. Надо просто молиться, просить Господа, чтобы не дал умереть. И я просил.

     Через какое-то время я почувствовал, что хватает сил открыть глаза. И я открыл их, я увидел окно. Еще не светало. Еще была ночь, и тени проезжающих машин отображались на стене. Я благодарил Господа! Искренне! Я смог открыть глаза, и теперь была возможность не умереть. Теперь я знал, что надо просто просить Господа. Но я не стал злоупотреблять. Я начал пытаться успокоиться; я не попал в лапы дьявола. Я просил не оставлять меня. Он ничего не говорил, он просто смотрел. Я пытался молиться, вернее, даже не так, я благодарил, просто благодарил. Тем не менее, я не мог вечно это делать. Я перестал. И предательские глаза снова закрывались. Мне следовало пошевелиться и наваждение бы прошло, я смог бы открыть глаза. Но пошевелиться я не мог. Я поймал себя на мысли, что опять глаза закрыты. Блин, я опять погружался. Вот же невезенье. Но теперь я знал, что делать. Я опять призвал Его. В голове проносились образы Иисуса, и к нему добавился образ креста. Я ощущал себя плавающим в каком-то космосе, вернее, не плавающим, а находящимся вертикально. Я ни на чем не стоял, но и не падал, не двигался. Просто был вертикально. Я помнил, что я криэйтор, и я начал рисовать, начал рисовать тот крест, который видел. Я рисовал его синим пламенем в воздухе. Так, начиная сверху, двумя руками. Начали, руки немного в стороны, потом по плавной линии сужаем вниз, потом опять в стороны и немного вверх, потом вниз, потом ближе к середине и расходящимися вниз, теперь замыкаем. Всё, крест готов. Тот, который я видел. По-моему, этот крест называется мальтийским. Всплыл образ, как будто я еду на коне по бескрайнему полю, я древний воин. Я вижу впереди камень, и по повелению Господнему я должен вырезать на этом камне крест из моего видения. Я попросил Господа даровать мне возможность создавать молнию из указательного пальца правой руки. И этой молнией я начал вырезать крест. Правда, я его не дорезал, образ ушел.

     И через какое-то время глаза открылись, и я смог пошевелиться. Да, я шевелился, я еще был жив. Это откровенно радовало. Я не переставал воздавать хвалу, даже с открытыми глазами.

     Я уже не спал. Слава Богу, я мог просто лежать, не закрывая глаз. Я смотрел в окно. Начали приходить воспоминания. Эфир начал возвращать мой разум, мои воспоминания возвращались. Я вспоминал жену, я думал о ней. Где она? А, ну да, она поехала кататься на роликах. На роликах, вот сволочь, она опять уехала кататься на этих поганых роликах. Зачем она постоянно туда ездит? Зачем? И тут неожиданно я представил себе ... Собственно, то, что я представил, я описывать не буду, поскольку это оказалось неправдой. Но как живо я это представлял. Я мог поклясться, что я это видел. Никаких сомнений не возникало. Черт бы это всё побрал. Проклятая жизнь.

     Но зато уже можно было не спать. И, чтобы совсем прийти в себя, я включил телевизор и начал смотреть. Передачи еще не закончились, и я смотрел какой-то фильм по первой программе. Правда, я уже не помню, про что. Но это уже было не важно. Я уже не умирал. Я был жив и смотрел телевизор. Я допил чай, досмотрел фильм. Уверенность, что завтра я проснусь в том же мире, который я оставлял, засыпая, укреплялась. Еще не на 100%, но тем не менее. По крайней мере, я был уверен, что не умру во сне. Я засыпал. Спокойно засыпал. Мне было наплевать на все переживания. Я уснул.

     И я проснулся. Без последствий. Первое, на что я обратил внимание, это тыльная сторона левой кисти. ВСЁ В ПОРЯДКЕ. Никакой гангрены и некроза тканей. Слава тебе, Господи! Начинался новый день. Скажу честно, он принёс массу разочарований и целую кучу неприятностей. Но это было уже проще, чем то, что я пережил этой ночью.

     Мы никогда не знаем, где окажемся, принимая психоделики. Психозы или измены нас ждут. Они прячутся рядом с нами. Мы пока их не замечаем, но они ЖДУТ. Они здесь. Хочешь ли ты оказаться в их власти? Ответа нет.