"Тщательное изучение растений-галлюциногенов позволит обнаружить наиболее древние и чувствительные уровни драмы возникновения сознания. Именно в симбиотических отношениях растения и человека, присущих древнему сообществу и религии, впервые наблюдались таинства осознания"

"Может быть, шаманские традиции нашей планеты и есть подлинные хранители знания, которое, используя человеческое тело, ум, мозг как средство, оставило все достижения современной науки далеко позади? Ведь сама идея достаточно стара - вспомним хотя бы Пифагорову песню сирен, - и заключается она в том, что разум мощнее любого мыслимого ускорителя частиц, чувствительнее любого радиоприемника или самого большого оптического телескопа, а по улавливанию информации сложнее любого компьютера; что человеческое тело - его органы, его голос, его способность двигаться и его воображение - более чем достаточное средство для исследования любого места, времени или энергетического уровня во Вселенной"

"Влияние галлюциногенов в пище было более чем психологическим. Растительные галлюциногены, возможно, были катализаторами для всего, что отличает нас от других высших приматов, для всех психических функций, которые мы ассоциируем с понятием человека. Наше общество больше, чем другие, найдет эту теорию трудной для восприятия, поскольку мы превратили экстаз, достигаемый фармакологически, в табу. "

"Разумеется, сама по себе доза наркотика не ведет к психоделическим открытиям, наркотик срабатывает в роли "химического ключа" - он открывает сознание, освобождает нервную систему от обычных шаблонов и структур. Природа эксперимента целиком зависит от настроя и установок. Под настроем понимается подготовленность человека, включая структуру личности и его настроение в данный момент"

"В не столь отдаленном будущем придет время, когда мы способны будем собраться и сидеть в молчании, не в ожидании чего-то, а в свершении. Ибо мы признаем — кто мы, признаем, что мы существа духовные, и будем искать ту пищу, которая питает нашу душу. Интеллект будет в нашем распоряжении, — но успокоенный, а сердца наши будут переполнены Христовой любовью, этой свободно изливающейся, сознательной любовью. Мы покончим с романтизацией своего пути, исследуя себя скромно, чтобы понять, — как мы работаем. Нам не надо будет сравнивать, оценивать — достаточно ли мы достигли, ибо мы будем полагаться на сердце свое"

"Истина - везде. Где бы вы ни находились, она рядом, если вы способны ее увидеть. И вы видите ее через ту обо-лочку, в которой вы существуете в настоящий момент. И можно освободиться от некоторых привязанностей, скрыва-ющих от вас истину. Ученый не может перестать быть уче-ным. Никто не может перестать быть тем, кем он является. Но можно постараться поставить все это себе на службу, реконструировать все так, чтобы обнаружить истину имен-но там, где вы находитесь в данный момент. Я бы сказал так: "Мы никогда ничего нового не находим, мы лишь вспоминаем"

"Только воин может выстоять на пути знания. Воин не жалуется и ни о чем не сожалеет. Его жизнь - бесконечный вызов, а вызовы не могут быть плохими или хорошими. Вызовы - это просто вызовы.

Основное различие между воином и обычным человеком заключается в том, что воин все принимает как вызов, тогда как обычный человек принимает все как благословение или проклятие"

"Столь долгожданная десятая книга Карлоса Кастанеды наконец перед нами. Как и в случае каждой из предыдущих девяти, читатель столкнется с очередной неожиданностью. Кроме бесед и совместной работы с доном Хуаном здесь есть то, чего до сих пор еще не встречалось, - жизнь и магическая работа дома, в Лос-Анджелесе, в обстановке ..."