Но рассказывать про Непал я буду со следующего четверга, впечатления ещё не устаканились. А пока что вот вам

ПОВЕСТЬ ПРО ЧУЖИЕ ГЛАЗА (очередное продолжение)

10. "У каждого органа есть свой разум. Даже у мозга. Если глаза главнее мозга, это всё равно что головы нет. Ну, нет! у меня не главнее. У меня они просто быстрее реагируют. Потому что мозги укуренные, а глаза… немецкие! Карл Цейсс Йена. Навороченный буржуйский микроскоп. На что ни смотри, видно только микробов. А хули в тех микробах? Микробы везде есть, даже на Марсе. Главное, не вестись на всякую парашу. Надо просто систематически включать мозги. И никуда не дёргаться, пока они не включатся. Вот, если бы не дёргался, сидел бы сейчас в Африке… в интернете… придурок ненормальный!"

Так думает Юра, шляясь по центральному вокзалу в полвторого ночи. На вечерний поезд он опоздал, сдуру купил билет на утренний экспресс – а он дорогущий, денег осталась десятка с мелочью. За десятку на Подол никто не повезёт, можно даже не спрашивать. Была идея забуриться до утра в интернет – но у них на весь вокзал одно-единственное интернет-кафе и в нём ни одной свободной машины. Ёлки-палки, что за дикая страна! Вокзалище огроменный, рядом подземный переход огроменный – это же тысячи квадратных метров, на сотню компьютеров места хватило бы. Но нет! они понаставили везде игровых автоматов! И плазменных панелей понавешали через каждые двадцать метров – а какой с них толк? Кому они нужны? Всё равно никто на них не смотрит, и в автоматы ихние никто не играет, все наигрались уже. В интернете толпа, а в казино на два десятка автоматов один клиент. Водитель такси, сорок лет, две жены, двое детей, денег ноль, последнюю сотку в автомат засунул. Сейчас он может выиграть 26 372 гривны.

Юра усмехается своим фантазиям. По ходу, немецкие глаза сегодня такие же заглюченные, как растаманские мозги. И глючит их чисто по-немецки: не двадцать пять им тысяч и не пятьдесят, а именно двадцать шесть триста семьдесят две, с точностью до гривны! Хотя… нет, эта цифра не то что бы совсем глючная! Вот она, прямо перед носом, на табло в центре зала: ДЖЕКПОТ 26 372. Ну, хорошо. Допустим, цифра реальная. Но откуда такая идея, что именно этот мужик может выиграть именно эту сумму именно здесь и сейчас?

Юра присматривается к автомату и видит, что всё элементарно. Автомат – это аквариум с насыщенным раствором, а картинки на экране – это разноцветные кристаллы. Когда через раствор пускают электрический разряд, кристаллы движутся и меняют цвет. Зелёные становятся коричневыми, коричневые красными, красные жёлтыми; пять жёлтых – это почти готовый джекпот. Вон они плавают в растворе - три в сцепке, два по отдельности. Чтобы они сработали, нужно всего лишь два раза нажать на старт. Тогда все желтяки слипнутся в длинный барьер, перекроют движение кристаллов и будут выдавлены к передней стенке аквариума – то есть, "появятся на экране". Но сейчас они в глубине и разглядеть их можно только хитрым буржуйским глазом; а более простые глаза могут видеть только то, что появляется на экране. На этом, кстати, и основан принцип действия игровых автоматов.

Дядька видит на экране полный безмазняк: все картинки вразброс, ни одной выигрышной комбинации. И это не первый раз, это уже шесть или семь раз подряд. Он психует, повышает ставку и жмёт на старт. Картинки на экране прокручиваются и останавливаются в таком же безмазовом порядке. Внутри аквариума тем временем завершается формирование жёлтого барьера: четыре кристалла в сцепке, последний на подходе. Ещё один ход – и прямо в рай! но у дядьки теперь ноль на счету, ходить ему больше нечем. Он шарит по карманам, беззвучно матюкается и уходит грабить пассажиров. А почти готовый джекпот нагло плавает в аквариуме и как бы дразнится: ну-ка, подойди! на-ка, возьми меня!

"Спокойно, это развод! – говорит себе Юра. – Не ведёмся, включаем голову…"

Но голова подсказывает, что бояться нечего. Всё, что Юра может сейчас потерять – это десять гривен, от которых всё равно нет никакой пользы в эту ночь на этом вокзале. Ладно, хрен с ней, с этой десяткой – надо рискнуть, надо попробовать.

Юра подходит к автомату, суёт купюру в щель, делает ставку и жмёт на кнопку. В глубине аквариума сверкает молния, кристаллы приходят в движение, длинная жёлтая колбаса вылетает из полумрака и разбивается об экран, образуя ровный ряд из пяти одинаковых золотых слитков. Его тут же перекрывает красная рамка с надписью: YOU WIN JACKPOT!!! Автомат разражается бравурной мелодией; администраторша, дремавшая за стойкой, вздрагивает и удивлённо смотрит на Юру. А Юра, сам себе не веря, читает и перечитывает цифры в окошке под экраном. 52764 – это что же? больше десяти штук баксов?

11. На самом деле, всё это как бы не на самом деле. Экран не аквариум, картинки не кристаллы, и все их танцы в насыщенном растворе – это на самом деле не в автомате, а в голове у Юры. И 52 764 – это на самом деле не гривны, а игровые баллы, по 50 копеек штука. То есть, это не десять штук баксов, а пять с небольшим – и тех на самом деле в кассе нету. Администраторша выдаёт Юре триста семьдесят гривен и пишет расписку на остальные двадцать шесть тысяч. Гривны вполне реальные, и расписка очень даже реальная, на бланке с печатью – а стало быть, и вся эта байда с кристаллами и аквариумами, наверно, по-своему отражает какие-то реальные процессы, происходящие в мозгах игрового автомата. Это точно так же, как виртуальное число 52764 по-своему отражает ту реальную сумму, которую Юре теперь предстоит получить. Одна проблема: за деньгами надо подойти в ихний главный офис аж на Куренёвку, с 10.00 до 18.00. Значит, Полтава опять отменяется, надо сдавать билет и ехать ночевать.

А можно и не ночевать: спать-то на самом деле не хочется и настроение заметно улучшилось. И игровых автоматов на вокзале великое множество, да ещё и на площади штук десять казино, все работают круглосуточно. И чужие глаза теперь как родные: глядят куда надо, видят то что надо, и ихняя вавилонская настройка Юру уже не парит. Он пользуется ими как инструментом: ходит по вокзалу и внимательно просвечивает все автоматы, которые попадаются по дороге. Но не видит ничего интересного; где-то все кристаллы уже растворились, где-то плавает сплошная мелочь… И глаза на третьем десятке экранов уже устают, начинают слезиться и слипаться – стариковские всё-таки глаза, не стоило бы их так по-хищнически эксплуатировать. Да и жадничать нехорошо, не по-растамански это, такую жадность к деньгам проявлять. Наверно, и в самом деле пора возвращаться в Африку.

Выйдя на привокзальную площадь, Юра замечает знакомого таксиста. У него настроение заметно ухудшилось - сейчас он похож на большую собаку, посаженную на короткую цепь. Он непрерывно курит какую-то дешёвую дрянь, из его машины громыхает русский шансон и все пассажиры обходят его стороной. С такой мордой и такой музыкой он, скорее всего, просидит здесь до утра и не заработает ни копейки.

Юре становится совестно. Таксист ведь фактически его благодетель: на свои последние деньги он построил тот расклад, которым Юра только что воспользовался. Надо бы его хоть как-то отблагодарит, хоть чем-то ему помочь… Он подходит к неприятной машине и заглядывает в окошко.

- На Подол, - говорит Юра.

- Пятьдесят, - отвечает таксист.

- Даю сто, - говорит Юра. – Но только без музыки… и не курите в машине, пожалуйста.

- Иди на хуй, сынок, - отвечает таксист и врубает музыку погромче.

И Юра понимает, что оказал своему благодетелю максимально возможную помощь. В таком состоянии деньги не принесли бы таксисту никакой радости: он пошёл бы в казино, и снова их просадил бы, и снова чувствовал бы себя кретином и неудачником. Но сейчас он почти доволен собой: сейчас он лихо осадил зарвавшегося пидарёныша и не прогнулся перед ним за сотню гривен. В общем, он поступил как правильный мужик, ему теперь есть чем гордиться. Ну и хрен с ним, пусть себе сидит и гордится. И пусть Бог пошлёт ему таких же правильных пассажиров.

Соседний водитель не курит, не слушает шансон и без торга везёт на Подол за тридцатку. По дороге Юра останавливается у ночного магазина и затаривается бананами, хлебом, сыром и другими вкусными ништяками. Как ни странно, есть ему совсем не хочется. Добравшись до Африки, он оставляет пакет на кухонном столе и заваливается в свой родной уголок за конопляным шкафом. Через две минуты он крепко спит. Снятся ему игровые автоматы, что вполне естественно.