Я решился принять дозу ДХМ, вдвое превосходящую обычную. Обычной дозой тогда считалось 450мг. На сей раз вкинул 900мг, выделенные из 4х бутылочек Т+, рассчитывая наконец-то забраться на третье плато. После чего включил подходящую музыку и стал ждать.

Разгоняло в этот раз удивительно быстро: уже минут через 8-10 я начал чувствовать некоторые изменения. Причем, ощущения были не совсем такими, как раньше.

Появилось предчувствие, что сейчас наступит нечто экстраординарное. Было какое-то предсмертное настроение. Я подумал, что принял слишком много и умираю. Не могу сказать, что "вся жизнь промелькнула перед глазами", или что "я двигался по туннелю навстречу ослепительному свету". Ничего подобного. Я просто подумал, что умереть при таких обстоятельствах было бы весьма нелепо: придет вечером мама и увидит мою тушку, лежащую среди пустых упаковок от сиропа, аммиака, лимонки и прочей шняги, а на всю квартиру будет грохотать какое-нибудь жесткое техно или транс.

Я решил, что, прежде чем умирать, было бы неплохо убраться в комнате и поставить музыку, более соответствующую моменту. Однако сделать это было не так-то просто: между моим телом и поверхностью кровати началась стремительная диффузия - мне казалось, будто я постепенно растворяюсь в емкости, наполненной вязким желе.

Еще минут через 10 внешняя и внутренняя реальности с катастрофической скоростью начали осыпаться и разваливаться на части. Казалось, что отдельные элементы сознания стали существовать намного более независимо друг от друга. По крайней мере, сенсорный процессинг был явно нарушен, да и работа памяти тоже. "Паразитная" обратная связь стала необычайно активной: какой-либо звук, доносившийся из внешней среды, многократно повторялся и зацикливался в сознании с медленным и постепенным затуханием (аналогично звуковому эффекту delay). Это наводило на мысли о существенных изменениях и нарушениях в работе нейросетей.

Музыка расслаивалась не то что на инструменты, а даже на отдельные кванты: я отчетливо слышал специфическую ступенчатость и дискретность 16ти-битных оцифрованных звуковых колебаний, и чувствовалась некоторая "зернистость" и "гранулированность" музыки. Кроме того, казалось, что ритм постоянно сбивается, ускоряется и замедляется, а паттерны как бы наскакивают друг на друга. И это было более чем странно: музыка ведь была электронной, созданной на абсолютно точном компьютере.

Я начал понимать, что впервые попадаю на настоящее третье плато, и от этой мысли было не по себе.

Через некоторое время эффекты увеличились настолько, что передвигаться в пространстве стало невозможно и бессмысленно.

"Реальный мир" практически изчез и стал восприниматься какой-то плоскостью и декорацией. Так называемая "проявленная реальность" стала лишь маленькой частью всего, воспринимаемого мною, и гораздо более значительным стал "скрытый порядок" и нелокальные взаимодействия.

Появилось ощущение того, что весь мир соткан из бесконечно сложных переплетений множества причинно-следственных связей (при этом, было очевидно, что причина далеко не всегда опережает следствие). И было невозможно сформировать из всего этого "клубка взаимодействий" какую-либо структуру, которую обычно называют "объективной реальностью".

Я находился в квартире один, однако мне казалось, будто квартира наполнена множеством сущностей. Было ощущение, что все люди, которые когда-либо бывали у меня дома, оставили после себя некие остаточные энергетические фантомы, которые я начал воспринимать.

Между тем действие дэкса продолжало усиливаться, и, по мере приближения к пику, от моего психического ядра "отшелушивались" все более глубокие слои. Поэтому вскоре наступил момент, когда мое эго и личность полностью аннигилировали. Все "фильтры", "ограничители" и "внутренняя база данных ", которые в нормальном состоянии анализируют входящую информацию, в данный момент были деактивированы, и осталось лишь непосредственное восприятие всего потока.

В этот момент я не мог вспомнить, как меня зовут, где я нахожусь, когда я родился, и т.д. Более того, вспоминать что-либо абсолютно не имело смысла, так как не существовало самого понятия "вспоминать". "Вспоминать" что-то было некому - самоидентификация стала слабой и очень расплывчатой. Раньше эго имело четкие и определенные границы и было привязано к абсолютно материальному и понятному телу. Однако теперь "я " представлялось энерго-информационным процессом, который происходит не в какой-то определенной точке пространства и времени, а происходит и "там" и "здесь», и "сейчас", и "тогда".

Понимание теоремы Белла, а также весьма бредовой "Копенгагенской интерпретации" вышло на радикально новый уровень. Кажется, после этого трипа мне грозил самый настоящий "синдром крушения объективности".

Далее начались еще более шокирующие вещи: я почувствовал, что мое сознание больше не привязано к телу, и теперь я могу плавать по квартире, заглядывать на балкон, и даже перелетать из одного окна квартиры в другое, видя со стороны свой дом, автомобили, стоящие под окнами, и людей, проходящих мимо.

Это продолжалось, наверное, несколько минут (хотя объективно оценивать временные промежутки было невозможно). После чего меня начало затягивать обратно в тело, которое снова стало давать о себе знать. Я почувствовал некоторый дискомфорт - какой-то из моих органов пытался послать сигналы моему сознанию. Природу и причину этих сигналов сначала было трудно идентифицировать, однако через некоторое время я понял, что мне банально хочется в туалет. Неудивительно: ДХМ употреблен в форме гидроцитрата, следовательно, при абсорбировании высвобождается лимонная кислота, которая сама по себе имеет свойства диуретика.

После этого потребовалось еще несколько секунд, чтобы вспомнить способ координирования работы мышц скелета. Я с трудом встал и попробовал начать передвижение. Ранее, когда я бывал на втором плато, тело было невесомым и гибким, и можно было с легкостью бегать, прыгать и даже выполнять тяжелую физическую работу. Но в этот раз тело было очень грузным и слушалось с трудом. При этом тактильная чувствительность была очень притупленной, тело было онемевшим и представлялось одним сплошным куском мяса, который относится ко "мне " весьма косвенно. Пол постоянно уходил у меня из-под ног, и казалось, будто я тусуюсь на корабле во время сильнейшего шторма. Стало понятно, почему автор ДХМ-фака говорил о характерной "походке моряка".

Окружающая обстановка была какой-то однородной, не было привычного разделения всего окружения на отдельные предметы. В нормальном состоянии всегда знаешь, что здесь стоит стол, здесь шкаф, здесь - дверь, и т.д. Но в данный момент все эти предметы являлись лишь "препятствиями" и "особенностями рельефа местности". Опять возникла аналогия с театральной декорацией.

Цветовое восприятие было тоже весьма нарушено и ослабленно (как у настоящего дальтоника): все было окрашено в какие-то нейтральные цвета, вне зависимости от того, какие цвета имело это окружение в реальности.

Кстати, существование этой пресловутой «реальности» казалось весьма сомнительным. И любые попытки размышлять об "объективной реальности" немедленно вводили меня в "странную петлю" (точнее, в "странный треугольник") между понятиями "реальность", "объективность" и "действительность". Для объяснения одного из этих понятий неизбежно требовалось привлечь два другие.

И чтобы выйти из этой странной петли, пришлось бы, конечно, обращаться к другим, посторонним понятиям и доказательствам. Однако тут же становилось ясно, что каждое из этих новых понятий и доказательств тоже требует доказания, для чего придется прибегать к очередным доказательствам каждого доказательства. Вся эта моя "доказательная логика" явно впадала в бесконечный регресс, что вновь подводило меня к тому, что Копенгагенская интерпретация не такая уж и бредовая, как кажется на первый взгляд.

Посмотрев в окно (теперь уже на самом деле), я испытал настоящее дежа-вю: было подозрение, что под моими окнами стоят те же самые автомобили, которые я видел, находясь в трипе. Появились мысли о выходе из тела, "экстрасенсорном восприятии" и даже "астральной проекции". Ранее я много об этом читал, но не многое понимал. Теперь я убедился, что определенный смысл в этом есть. По крайней мере, невозможно было все списать на так называемый «наркотический делириум».

Пик диссоциации был позади. Абсолютный хаос начал понемногу упорядочиваться, приобретая все более выраженные признаки этой чертовой "объективной реальности ", которую теперь уместнее было называть "консенсусной реальностью ". Отдельные части сознания снова компилировались между собой, и постепенно стала проявляться общая и более-менее привычная внутренняя модель.

В следующие несколько часов я пребывал в состоянии легкого шока и совсем не легкого отходняка, который я пытался смягчить алкоголем. Я лежал, слушал музыку и старался хоть как-то переварить все произошедшее.