На борту Princess Victoria звучала музыка. Селин Дион. Песня из к/ф « Титаник». Весьма символично для морского путешествия, которое я собираюсь предпринять.

Захлопнув за собой пластиковую дверь самой дешевой каюты, бросаю рюкзак на пол и лихорадочно принимаюсь распаковывать «кухню». Можно было взять и палубный билет, но тогда готовить раствор и колоться пришлось бы в общедоступном гальюне, а это, учитывая отсутствие вен и возможную качку, несколько неудобно.

Fuck! Где же сигареты?! Срочно нужен фильтр! Бурая жидкость кипит, пора выбрать и вмазаться. Как всегда при виде ширева, начинает слегка подташнивать.

Мои 8 точек уже в шприце. Перетягиваю кисть левой руки резинкой, беру контроль… есть! На удивление легко попал в такую нереальную венку. Осторожно отпускаю перетяжку… Поехали.

Flash!

Закуриваю. Выбрасываю в мусорную корзину использованную «инсулинку». Это была моя последняя доза. Где то в заднем кармане осталось $7, на что я завтра раскумарюсь – понятия не имею, Правда, есть резерв – 2 блока Marlboro. Пацаны на прощанье подогнали. Что-нибудь придумаю.

Выбираюсь на верхнюю палубу. Осень. Темнеет стремительно, как в кинотеатре перед сеансом. Море уже стальное. Удаляющиеся огни Лимассола еще различимы. Утром я буду в Хайфе.

Прощай, веселый остров Кипр!

Вчера полиция арестовала Гию, с которым мы последние 2 недели меняли по всей греческой зоне краденые у английских туристов Traveller's cheques.

Гия, по идее, не сдаст, но береженого, как известно, Бог бережет, а небереженого – конвой стережет. Да и вообще… Сколько можно вести образ жизни безбашенного street junky с российским паспортом под угрозой неминуемой депортации при столь же неминуемом аресте?

Пора, мой друг, пора… Не избежать Страны Израиля сынам Авраамовым. Благо Закон о Возвращении еще действует. К тому же Эрец Исраель своих граждан не выдает.

Тем временем вокруг начинаются танцы. Потрепаные голландки и немки, пухлые румынки, группа пьяных скандинавов и прочие персонажи плохого кино бойко скачут под греческие ритмы, перемежаемые европопсой.

Рядом со мной на скамью присаживается лысый загорелый дядька в белой t-shirt.

Заводит беседу по-английски.

- Жарко.

- Да уж, не холодно.

- Where are you from?

- Russia.

O, realy ? Совершаешь круиз?

- Нет, мне в Хайфу.

- Зачем?

- Собираюсь там жить.

-О… А я работаю здесь стюардом. Хорошая работа. Только вечерами скучно.

- Скучно?

- Посмотри на тех девок – такие вульгарные! Женщины вообще довольно вульгарные создания.

-...?

О`K, мне пора. Кстати, у меня в каюте есть бутылка хорошего виски. Заходи. Номер каюты… - тут он облизал губы, точь в точь, как та шлюха из ларнакского кабаре, и улыбнулся.

Опаньки, дяденька, все с тобой понятно.

- Посмотрим. Может быть, зайду.

И он ушел. А я заказал на последние деньги двойной Baccardi-cola.

- And mix а few of Campari, please...- люблю сладкое.

Некоторые опиатные торчки совершенно не употребляют алкоголь. Но не я. Могу выпить сколько угодно, в раскумаренном, естественно, состоянии. Средиземноморские мелодии сменил старик Tom Jones.

Sex bomb, sex bomb! You are sex bomb! - Хит минувшего лета. Пару месяцев назад мы лихо отплясывали с моей рыжей красоткой под эту песенку в клубах Лимассола. Не знаю, как все женщины, но моя Рыжая действительно немножко вульгарна. Девочка из рабочего района, Lady Opium. Может, как раз из за этой изюминки я мучительно хотел ее круглые сутки? Другое дело, что не всегда мог. Fucking junk!

Когда я провожал ее в аэропорту, она так смешно прижимала к груди подаренного мной плюшевого мишку...

Ладно. Пора идти в гости.

Каюта Лысого находится на той же палубе, что и моя. Ниже, наверное, только машинное отделение. Шум от него довольно ощутимый и это как раз неплохо.

Стучу. Открывает не сразу. Сонные глазки, вокруг бедер полотенце. Видимо, уже не ждал.

- О..о..о… русский! Заходи, пожалуйста!

Ставит на столик стаканы, достает из крохотного холодильника Chivas Regal. Наливает на пару пальцев.

-Не-не, фраерок, полную! – произношу я по-русски.

- Sorry?

- Русский тост. Выпьем за знакомство?

- Да! За знакомство! Меня зовут George. А как твое имя?

- Nevermind.

Выпиваю свой виски и тут же наливаю еще. Почти до краев.

- Скажи, man, чего конкретно ты хочешь?

Лысый смущенно улыбается. Потупил взор, снова облизал губы. Shit! Как он все-таки повадками своими напоминает ту кабарешницу.

- I wanna eat him... - томно произносит Лысый.

- Отсосать? Нет проблем, man. $100!

Сейчас он начнет торговаться, но это и неважно. Лишь бы засветил лавэ.

Однако, дядя без разговора достает из под подушки две зеленые купюры. Как будто специально приготовил.

- Take it.

В ту же минуту я бью его недопитой бутылкой по голове. Кровь заливает загорелую лысину. Чувак падает. Не убил я его часом? Нет, дышит, жив.

Беглый осмотр каюты ничего не дает. Денег больше нигде нет. Забираю с собой орудие преступления и осторожно выхожу в коридор. Хоть виски допью. Есть, конечно, риск, что Лысый очнется и сдуру поднимет шум, но вряд ли. Греки весьма косо смотрят на педерастов. А тут соблазнение, а, может быть, и попытка изнасилования пассажира.

- Деньги? Какие деньги? Я защищал свою мужскую честь.

Кому же охота терять приличную работу из за разбитой башки и 100 долларов?

Теперь я уверен, что завтра не подохну в кризе. $ 100- это 400 с лишним шекелей. По хайфским ценам по любому 2 грамма ливанского героина. А сигареты поменяю на «кристалль».

И вот тогда мы потанцуем! - как говаривал старина Marc Renton.